Иван Опалин

Он заходил в дом?

— Я даже не знаю, как вам это сказать, — пробормотала Варя после паузы, — но хозяева… они… они старались как бы держать дистанцию… Какого черта, — выпалила она в раздражении и заговорила громче: — Слушайте, для них дворник был не человек, и они не желали видеть его в доме! Им очень надо было… ради ощущения собственного величия… чтобы кто-то был как пыль под ногами, как грязь… Меня Дарья предупредила, чтобы я не смела хорошо одеваться, а то хозяйка начнет придираться или обвинит, что я что-то украла…

— То есть Яхонтов в дом не заходил?

— Ну бывал иногда на кухне, ему Даша поесть давала или опохмелиться. И то — тайком, чтобы хозяева не знали.

— А Пермяков часто заходил?

— Он через черный ход ходил, и только к Даше. Они расписаться собирались, если ее дочка будет не против. Даша со мной советовалась, я сказала — распишитесь, а там и дочка узнает. Я вообще не понимаю, почему свои личные дела надо ставить в зависимость от того, что скажут близкие…

— Скажите, Варвара, если вы снова увидите человека, который называл себя Федором Пермяковым, вы узнаете его?

— Да. Конечно.

Покончив с допросом, Опалин придвинул к себе чистый лист и стал заполнять протокол, внося в него лишь самые существенные моменты, после чего попросил Варвару подписать каждую страницу.

— Сейчас я вызову одного из наших сотрудников, и вы вместе с ним будете просматривать карточки, — сказал Иван. — Возможно, вам удастся опознать Федора Пермякова, то есть человека, который так себя называет. Это бы нам очень помогло.

Он мимолетно улыбнулся Варе и снял трубку телефона.

Глава 13. Начдив

Новые имена: Авангард, Аврора, Баррикада, Бастилия, Борьба, Гармония, Гигант, Доброслава, Колос, Красномир, Майя, Марксина, Маркс, Молот, Мятежник, Океан, Октябрина, Победа, Поэма, Пурпур, Совет, Солнцедар, Спартак, Энгелина.

""Справочник рабочего"", бесплатное приложение к ""Рабочей газете"", 1924 г.— Садись, — сказал Николай Леонтьевич Твердовский. — Разговор есть."

"Кабинет начальства мало чем отличался от кабинетов рядовых сотрудников, разве что стол здесь был посолиднее да портрет Сталина глядел со стены в упор, как недреманное око. Крупный, плечистый Твердовский сидел к портрету спиной, уверенно заполняя собой пространство. Среди подчиненных Николай Леонтьевич считался неплохим начальником. О нем знали, что он обожает собак, не дает своих в обиду и не карабкается наверх по чужим головам. Сейчас, впрочем, от Опалина не укрылось, что Твердовский чем-то встревожен.

— Ваня, с меня требуют немедленных результатов по убийству в парке Горького, — сказал Николай Леонтьевич. Он сидел, сцепив толстые пальцы, и внимательно следил за выражением лица собеседника.