Иван Опалин

— Мне кажется, я видела его вчера в кафе. Он сидел на веранде…

— Что за кафе, как называется? — насторожился Сандрыгайло.

— Я не помню… кафе недалеко от набережной… ну вот если идти… — Она попыталась описать, как именно идти, но сразу же запуталась во всевозможных подвохах.

— Вывеска там была? — пришел ей на помощь собеседник.

— Была, но я не запомнила…

— Сколько слов на вывеске?

Лёка задумалась.

— Кажется, два…

— Может, «Красная Ривьера»? — Это заведение располагалось ближе всего от места, где обнаружили труп.

— Я не знаю. Не помню… — удрученно пробормотала Лёка.

— Оркестр в заведении играл?

— Да-да!

— Большой оркестр-то?

— Нет, там всего несколько музыкантов… Столики круглые, но без скатертей… Мне кажется, в названии был какой-то цветок, — неожиданно объявила Лёка и посмотрела на Сандрыгайло с надеждой.

Значит, все-таки не «Красная Ривьера», а «Роза ветров».

Сандрыгайло насупился.

Сразу же ведь мог сообразить, что помощнику оператора «Красная Ривьера» не по карману. Там приезжие гуляют, у которых денег куры не клюют, всякие нэпманы и их спутницы с громкими голосами и накрашенными лицами.

— В котором часу это было?

— Ну…

— Я понимаю, что точное время вы не запомнили, но хотя бы приблизительно. Когда?

— Вечером. Часов в пять, в шесть…

— Скажите, а вы не заметили, Деревянко был один? — спросил Сандрыгайло.

— Нет. С ним сидел Щелкунов, наш реквизитор, и Пирожков… гример…

— Они приехали из Москвы?

— Нет, они с местной кинофабрики, — подал голос Вася.

— Как и Деревянко, — пробормотал себе под нос Сандрыгайло. — Скажите, барышня, только честно: вы не замечали, может, у них были какие-то конфликты? Я имею в виду, у убитого с теми двумя…

— Нет… — потерянно ответила Лёка и даже головой мотнула. — Что вы… какие конфликты… Мы все над одним фильмом работаем… Пирожков и Щелкунов — замечательные люди…

Вася слушал ее и хмурился.

Ему только сейчас пришло в голову, что Лёка в последнее время стала часто гулять одна и даже не приглашала его с собой. Но тут он посмотрел на ее нежное испуганное личико и устыдился своих подозрений.

Конечно, она вся на нервах, потому что съемки сложные, и Винтер не всегда ею доволен… А она честолюбива, хоть и старательно это скрывает…

— А вообще у покойного были конфликты с кем-то из членов съемочной группы? — по-деловому рубанул Сандрыгайло.

Лёка заколебалась.

Вот, к примеру, Эдмунд Адамович пару раз рявкал на помощника, который по мелочи проштрафился — нечетко написал цифры на дощечке, криво установил камеру. Но ведь любому же ясно — из-за таких вещей не убивают."

"— Например, — Свидригайло быстро глянул лист одного из предыдущих протоколов, — с Голлербухом ссорился?

— Вы имеете в виду Володю Голлербаха?

— Да, его.