ОНО

Отверстие трубы было до того огромно, что в нее можно было войти. Но Майку этого совсем не хотелось: Бог знает какая гадость может налипнуть на прокопченных стенках, какие клопы или ползучие гады обитают там внутри. Задул ветер. Когда он попал в трубу, раздался звук, похожий на дребезжание консервных банок на пугалах, которые Майк с отцом наряжали каждую весну. Майк опасливо отошел от трубы: он вспомнил вчерашний фильм «Родан» в программе «Ранний сеанс». Ничего фильм, интересный. Папа то и дело смеялся и, когда на экране появлялась огромная птица Родан, кричал: «Шлепни эту птицу, Майк!» — и Майк вскидывал палец, точно прицеливался из пистолета, и кричал «Пиф-бац!», пока в дверях не показывалась мама. Она сказала, чтобы они немедленно замолчали, а то у нее от шума раскалывается голова.

Сейчас было совсем не до смеха. В фильме Родана выпустили из недр земли японские шахтеры, копавшие самый глубокий в мире туннель. Глядя в черное жерло трубы, Майк невольно представил в дальнем ее конце птицу-монстра. Сложив, словно летучая мышь, кожаные крылья, она вперила в круглое лицо Майка свои золотистые глаза.

Майк вздрогнул — отпрянул назад.

Он двинулся вдоль трубы, наполовину вросшей в землю. Взойдя на пригорок, Майк, поддавшись порыву, влез на трубу. Сидеть на ней было не так страшно, как стоять у ее жерла. Майк поднялся и, раскинув руки в стороны, двинулся по верху трубы; она была достаточно широка, и Майк мог не опасаться упасть, но он вообразил себя канатоходцем в цирке. Ветер приятно ерошил ему волосы."

"Майк прошел всю трубу, спрыгнул и начал исследовать достопримечательности. Кругом валялись кирпичи, искривленные литейные формы, какие-то доски и бревна, ржавая техника. «Привези мне сувенир», — попросил отец в записке. Надо подобрать что-нибудь стоящее.

Майк подошел к зияющей воронке, разглядывая обломки и стараясь не порезаться о битые стекла. Их было кругом полно.

Он не забывал о наставлении отца и не подходил к краю котлована. Помнил он и о том, что на этом месте некогда в одночасье погибли пятьдесят человек. «Если в Дерри и есть место, где обитают призраки, — думал он, — то прежде всего здесь». Но то ли вопреки этому, то ли по этой причине Майк решил повременить с отъездом, пока не найдет подходящий сувенир.

Тихим шагом он хладнокровно направился к котловану, огибая кучи железного лома. И тут внутренний голос предостерег его, что он подошел слишком близко к обрыву, что из-за весенних дождей края котлована размыты и он может оступиться и упасть на дно, где в него вонзится несчетное количество острых железок, проколов его, точно булавки жука. А это значит долгие, страшные мучения.

Майк поднял с земли оконный переплет и отшвырнул его в сторону. Рядом лежал литейный ковш размером со стол какого-нибудь великана.