ОНО

Было бы хорошо объяснить Бену, как все случилось, чтобы он не очень уж каялся, ведь в случившемся не столько его вина, сколько самого Эдди, который по-глупому вступил в словесную перепалку; такие гады, как Генри и его дружки, только и ждут момента; для ребят слабых они все равно что наводнение, торнадо или желчные камни. Было бы хорошо сказать Бену об этом, но Билл был так ожесточен и подавлен, что на объяснение у него ушло бы минут двадцать самое малое, а к тому времени Эдди снова мог бы впасть в состояние комбера. Из программы докторов Кейси и Килдера Билл знал, что в это состояние не входят, а именно впадают.

Он быстрым шагом двинулся вниз по течению Кендускига; один раз оглянулся — Бен Хэнском с мрачным видом собирал крупную гальку у края воды. Мгновение Билл не мог сообразить, для чего это, но потом понял: Бен устраивал себе склад боеприпасов. На случай возвращения Генри и его компании.

4"

"Пустыри были хорошо знакомы Биллу. Он здесь часто играл весной, иногда с Ричи, чаще всего с Эдди, а порой и один. Не то чтобы он знал каждый кустик, каждое дерево, но сориентироваться он мог без особого труда, вот и теперь он безошибочно двинулся в сторону Канзас-стрит. Он вышел у деревянного моста, в том месте, где Канзас-стрит пересекал безымянный ручеек, стекающий из канализационной трубы по откосу и впадающий в Кендускиг. Сильвер был спрятан под мостом, руль его толстой веревкой привязан к опоре моста так, чтобы колеса не касались воды.

Билл развязал веревку, сунул ее за пазуху и потащил Сильвер на тротуар. Это оказалось делом нелегким. Билл весь взмок, с трудом отдувался и раза два, потеряв равновесие, шлепался на мягкое место.

Наконец Сильвер стоял на тротуаре. Билл перекинул ногу через высокую раму.

И как всегда, едва он оказывался в седле, он неузнаваемо преобразился.

5

— Гони, Сильвер! Гони!

Эти слова вырвались у него громче обычного, это был голос почти взрослого человека. Сильвер медленно разгонялся, спицы мелькали все быстрее и быстрее. Билл привстал с седла, вцепился в резиновые рукоятки руля. Он походил на штангиста, пытающегося взять рекордный вес. На шее выступили жилы, на висках пульсировали вены, губы дрожали в гримасе натуги, когда он вступил в знакомую схватку с весом и инерцией велосипеда. Усилия Билла были столь велики, что, казалось, еще немного, и у него лопнет мозг.

И, как всегда, усилия увенчались успехом.

Сильвер пошел быстрее. Дома уже не маячили, а проносились мимо. Слева, где Канзас-стрит пересекалась с Джексон-стрит, Кендускиг впадал в Канал. Миновав перекресток, Билл стремительно поехал в гору, в деловой центр Дерри.

Перекрестков становилось все больше, но, к счастью, Билл ехал на зеленый свет.