ОНО

Но вдруг он, Билл, вернется, а его, Эдди, захлестнет комбер. Билл был много наслышан про эти комберы. Он даже вычитал где-то, что комбер — это волна, которая захлестывает сознание. В телепрограмме, посвященной медицине, у ведущего Бена Кейси люди то и дело впадали в такое состояние и оставались в нем надолго.

Итак, он сидел рядом с другом, зная, что надо спешить в аптеку и что его присутствие здесь никак не поможет Эдди, но он не хотел покидать его. Какая-то иррациональная, наполненная предрассудками часть его сознания убедила Билла, что стоит ему уйти, как через минуту Эдди впадет в состояние комбера. Тут он перевел взгляд вверх по течению ручья и увидел Бена, женообразного Бена Хэнскома. Самый жирный ученик в школе (или ученица) неизменно страдает от своей печальной известности. Бен учился в параллельном пятом классе. Билл видел его иногда на переменах. Бен стоял неизменно один, обычно где-нибудь в уголке и поедал свой завтрак из сумки, которая по размеру напоминала тюк белья из прачечной.

Теперь, глядя на Бена, Билл подумал, что вид у него даже еще неприглядней и ужасней, чем у Генри Бауэрса. В это трудно было поверить, но это было так. Биллу даже не пришло в голову, что между Беном и Генри произошла крутая разборка. Волосы Бена торчали в разные стороны грязными, спутанными косицами. Спортивный свитер или не поймешь что, да это было неважно, был порван, измазан грязью, пятнами крови и зелеными следами от травы. Брюки порвались на коленях.

Бен увидел, что Билл смотрит на него в упор, и слегка вздрогнул, взгляд его сделался осторожным.

— Не уходи! — прокричал Билл. Он поднял руки ладонями вперед, давая понять, что не причинит Бену никакого вреда. — Н-нам нужна т-твоя по-помощь.

Бен подошел поближе, он по-прежнему был настороже. Он шагал так, будто обе ноги доставляли ему нестерпимую боль.

— Они ушли? Бауэрс и его дружки?

— Д-да, — проговорил Билл. — По-послушай, по-побудь с моим д-другом, пока я сбегаю з-за лекарством? У него ас-астма.

— Астма?

Билл кивнул головой.

Бен подошел к развалинам плотины и тяжело опустился на одно колено рядом с Эдди, который лежал с полузакрытыми глазами и тяжело дышал.

— Кто его так? — наконец спросил Бен, поднял голову, и Билл увидел на его лице выражение гнева и сокрушенности, какое он и предполагал увидеть на лице этого толстяка. — Генри Бауэрс?

Билл кивнул головой.

— Ясно. Беги. Я побуду с ним.

— С-спасибо.

— Не говори мне спасибо, — сказал Бен. — Это из-за меня они набросились на вас. Давай беги. Поторапливайся. Мне надо быть дома к ужину.

И, не сказав ни слова, Билл побежал в аптеку.