Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

А на гобелене слева от нее…"

"Аннабет затаила дыхание. На гобелене были изображены двое полубогов, целующихся под водой: Аннабет и Перси, в тот день в лагере, когда друзья бросили их в озеро. Они выглядели как живые, словно ткач сам наблюдал эту сцену, погрузившись в озеро с подводной камерой.

— Как такое возможно? — пробормотала она.

Над ней, в полумраке какой-то голос ответил:

— Я долгие годы знала, что ты придешь, моя дорогая.

Аннабет вздрогнула. Внезапно она вновь ощутила себя семилетней девочкой, которая прячется под одеялами и ждет прихода пауков, которые нападут на нее ночью. Голос звучал именно так, как описал его Перси: женский, но нечеловеческий, злобное жужжание в разных тональностях.

В паутине над статуей что-то задвигалось — что-то темное и огромное.

— Я видела тебя в моих снах, — продолжал голос, тошнотворно приторный и зловещий, как и запах в коридорах. — Мне пришлось убедиться, что ты действительно того стоишь, пройдешь все мои испытания и доберешься сюда живой. В самом деле, ты — самое одаренное ее дитя. Поэтому, когда ты окончательно проиграешь, твоя смерть будет гораздо более тяжким ударом для моего старого врага.

Боль в лодыжке Аннабет не шла ни в какое сравнение с ледяным ядом, разлившимся по ее венам. Ей хотелось убежать, хотелось умолять о пощаде, но она не могла проявить слабость — только не теперь.

— Ты — Арахна, — крикнула она. — Ткачиха, которую превратили в паука.

Темный силуэт опустился сверху, на свету оказавшись еще ужаснее.

— Меня прокляла твоя мать. Все меня презирали, превратили в жалкую тварь… потому что я была лучшей ткачихой.

— Но ты проиграла соревнование, — заметила Аннабет.

— Это история, записанная победительницей! — вскричала Арахна. — Взгляни на мои работы, посмотри сама!

Аннабет не нужно было смотреть, она еще никогда не видела гобеленов прекраснее, даже на острове Цирцеи. Эти полотна затмевали даже некоторые тканые картины с горы Олимп. Неужели ее мать действительно проиграла, спрятала Арахну и переписала правду? Но сейчас это уже не важно.

— Ты охраняешь эту статую с древнейших времен, — предположила Аннабет. — Но ей здесь не место. Я забираю ее обратно.

— Ха, — хохотнула Арахна.

Аннабет и сама слышала, как нелепо звучит ее угроза. Как может одна девушка, да еще с лубком из воздушно-пузырьковой пленки на ноге, вытащить из-под земли такую огромную статую?

— Боюсь, сначала тебе придется меня победить, моя дорогая, — прошелестела Арахна. — Но, увы, это невозможно.

Существо целиком показалось из-за занавесей паутины, и Аннабет поняла, что ее миссия обречена на провал, а сама она на грани гибели.