Герои Олимпа. Наследники богов. Перси Джексон и боги олимпийцы. Книги 1-18

У Арахны было тело гигантской черной вдовы, на брюхе — красный рисунок из волос, по форме напоминающий песочные часы, и пара сочащихся чем-то липким прядильных органов. Восемь ее длинных, тонких ног были покрыты кривыми шипами длиной с кинжал Аннабет. Если паук приблизится, Аннабет упадет в обморок от одной только вони, но самое ужасное заключалось в уродливом лице создания.

Вероятно, когда-то она была красивой женщиной. Теперь же у нее изо рта, как клыки, торчали черные жвала, остальные зубы превратились в тонкие белые иглы, на щеках росли густые черные бакенбарды. Огромные, совершенно черные глаза были лишены век, а на висках торчало еще по одному глазу поменьше.

Тварь издала резкий, скрипучий звук, вероятно, заменявший ей смех.

— А теперь я буду упиваться тобой, моя дорогая, — сказала Арахна. — Но не бойся, я вытку прекрасный гобелен, на котором запечатлею твою смерть.

XXXVII

ЛЕО

Лучше бы Лео вообще ничего не умел.

Нет, правда, иногда его таланты ужасно мешали жить. Если бы у него не было такого чутья на механизмы, они бы никогда не нашли потайной желоб, не заблудились под землей и на них не напали бы никакие металлические пижоны. Но что уж тут поделаешь.

Часть вины лежала на Хейзел. Оказалось, что в Риме ее остро развитое подземное чутье действует кое-как. Она упорно, до головокружения, водила их кругами по городу, а потом они возвращались туда, откуда начинали.

— Простите, — говорила она. — Просто… здесь под землей столько всего, так много слоев, что это немного сбивает с толку. Как будто стоишь посреди оркестра и пытаешься слушать игру только одного инструмента. Я просто глохну.

В результате они бродили по Риму, осматривая город. Фрэнк радовался прогулке, топая вперед, как здоровенная овчарка. «Хм-м-м…» — Лео гадал, сможет ли здоровяк превратиться в большую собаку, а еще лучше — в лошадь, тогда Лео смог бы ехать верхом. Он стер ноги, солнце припекало, воздух нагрелся, на улицах было не протолкнуться от туристов.

Местный форум был ничего так, вот только от него остались одни руины, поросшие кустарником и деревьями. Требовалось большое воображение, чтобы представить, что когда-то это был самый оживленный центр Древнего Рима. Лео это удалось только потому, что он уже видел Новый Рим в Калифорнии.

Они проходили мимо больших церквей, отдельно стоящих арок, магазинов одежды и ресторанов фаст-фуда. Одна статуя какого-то древнеримского чувака прямо-таки указывала на ближайший «Макдоналдс»."

"На улицах пошире водители творили черт знает что (Лео всегда думал, что это в Хьюстоне водилы сумасшедшие), но ребята в основном петляли по узким переулкам, оставляя позади фонтаны и маленькие кафешки, в которых Лео не позволялось отдохнуть.

— Никогда не думала, что увижу Рим, — сказала Хейзел.