Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

Вот нужно было заранее спросить у Стасика, кого он имеет ввиду! Хотя, я спрашивала — этот поросенок только хихикал в ответ, отказываясь сплетничать подробнее.

Впрочем, что бы это изменило?

Едва йогурт с булкой был умят за обе щеки, маленький метеор тут же бросила наверх, я едва успела зацепить его перед забегом по лестнице. Поднимались мы уже вместе, хотя шило в одном месте явно мешало кое-кому идти пешком. Отчасти я понимала его нетерпение, но сама шла, если как не на эшафот, то точно что-то около того. Меняться было страшно, меняться благодаря рукам такой неординарной девушки — вдвойне.

В какой-то момент я уже думала пойти на попятную, но в комнате меня уже ждали разложенные инструменты: хищно поблескивали ножницы, красноречиво щерились зубами самые разные расчески, матово и угрожающе блестел фен, жутко молчала лежащая на краю стола плойка…

И посреди всего этого царства, с видом отпетой ведьмы, помешивая в мисочке краску для волос, будто это колдовское зелье, довольно мурлыкала Неаполь.

Отступать явно было поздно, и пришлось мне, набрав в легкие воздуха, как перед прыжком в воду, усаживаться на заботливо подготовленный стул.

Стасик же, довольно потирая ладошки, с самым кровожадным выражением лица, уселся около раскрытого чемодана. Стилист накинул мне на плечи специальную накидку, с щелчком натянул перчатки и, пригрозив ребенку, принялся за дело.

Мне оставалось только ждать: хитрая девушка даже не собиралась посвящать меня в подробности того, что она делает, а так же в подробности того, что собирается увидеть по итогу!

Хорошо было только Стасику. Пока мне кардинально меняли цвет волос, этот… покемон, прости осспади, накрасил себе ногти на руках и ногах! Оттерли. Пока делали маникюр, он остатками краски частично покрасил некогда белоснежного плюшевого медведя… Ребенка отмыли, игрушку — нет. А пока смывали краску с моих волос, он выстриг себе челку!

Ни на минуту… вот ни на минуту его нельзя оставить!

Казалось бы, ну не три же ему года, а поди ж ты!

В общем, за это время хлебнули мы сполна. Чтобы впредь обойтись без жертв, пришлось пожертвовать телефоном, и пока мелкий вредитель, ни капли не раскаявшийся в содеянном, смотрел новый выпуск мультиков на Ютубе, Неаполь ухитрилась меня подстричь, высушить и даже заплести, напевая что-то себе под нос. И, как только она закончила с моими бровями и макияжем, в комнату без стука вошел начальник службы безопасности. Хотя, если точнее, вошли только его ноги, все остальные части тела были закрыты многочисленными пакетами…

— О ништяк, крокодилиус любимиус! — довольно подпрыгнула Неаполь, потирая руки. Она было дернулась в сторону входной двери, но остановившись, шлепнула мне по затылку, когда я попыталась подсмотреть в зеркало.