Охотясь на Аделин

Победный поток стремительно пронесся по моему телу, но теперь отлив тянет его назад, и я начинаю ощущать последствия.

Зейд делает еще один шаг от меня и поворачивается к дверям. И между нами образуется кратер, заполняющийся океаном, и разделяет нас. Удивительно, но я не чувствовала себя так далеко от него, даже когда нас разделяли сотни километров.

Во мне прорастает зерно паники, но возможно, это просто адреналин. Потому что судя по тому, как Зейд смотрит на меня, похоже, он собирается сделать выбор сам. Он собирается вырваться из этого круга, а я так и останусь в подвешенном состоянии.

– Тогда, пожалуйста, детка, беги на свободу. Покажи мне, как далеко ты зайдешь, прежде чем поймешь, что бежишь сама от себя. Как долго ты продержишься, если все, что поддерживает в тебе жизнь, это я?

Моя грудь сжимается, но я смеюсь, потешаясь над тем, как он потешается надо мной.

– Ты поддерживаешь только демона в своем теле.

Он игнорирует мои слова.

– Твое сердце, душу и дыхание. Беги, мышонок. На этот раз за тобой никто не будет гнаться.

От его последних слов я начинаю задыхаться, но он выходит в коридор и тихонько закрывает за собой дверь спальни.

Черт. Я судорожно втягиваю воздух, но получается только хрип. Мои легкие отказываются работать. Черт, черт, черт.

Я отворачиваюсь и продолжаю попытки дышать. Но мне кажется, будто мои легкие превращаются в крошечные металлические прутья, которые пронзают мои внутренности с каждым новым вдохом.

Прекрати, Адди. Это правильное решение.

Но так ли это?

Ты защищаешь свою семью.

Тогда почему мне кажется, что я вырвала свою душу из тела? Вытолкнула ее наружу, словно ей там не место.

Он не нужен тебе, чтобы остаться в живых, Адди.

Да, не нужен. Я доказала это за те долгие месяцы, когда была вынуждена заботиться об одном лишь выживании. Я могу прожить без Зейда."

"Но это вовсе не означает, что мне не будет чертовски больно. Что я не буду жить без значительной части себя. Я буду чувствовать его, словно потерянную конечность, даже когда он перестанет быть частью моей жизни. Делает ли это меня слабой? Зависимой?

Или просто безумно влюбленной?

Черт.

Я мечусь по балкону, и от паники не могу контролировать свое тело. Туда-сюда. Я кричу себе, что мне нужно бежать за ним, но страх вновь разворачивает мое тело обратно.

Он может отвергнуть меня. Я повела себя так бессердечно, так жестоко, в то время как он разорвал на части весь этот мир, чтобы вернуть меня к себе. И что сделала я? Я оттолкнула его.

Черт. От самобичевания я перешла к обвинениям того единственного человека, который делал для меня все.

Я замираю на мгновение, а затем падаю на пол, чувствуя, будто по мне только что проехал бульдозер.

– Адди, ты такая идиотка, – рычу я на себя.

Если бы не он, моих родителей похитили бы и, возможно, пытали.