Огневица

– Должно быть, Коржак решился снасильничать Миту, пока меня не было и я не мог помешать, – тихо рассказывал Мирута, опустив взгляд в пол избы знахаря. – Она вырывалась, упала и ударилась виском о край стола. Я только надеюсь, что она умерла быстро и без боли. – Мирута всхлипнул и вытерся рукавом, сильнее размазав грязь.

– А ты откуда-то знал про обряд воздушного погребения и решил его осуществить, – докончил за него Марий.

– В нашей старой волости бабка жила, – прошептал Мирута. – Она и рассказывала, что ее отец так отомстил убийцам ее матери. Все назвала – что взять, как говорить, в какое время обряд творить. Так жутко ее байки звучали, что я запомнил со страху. Лучше бы никогда не пригождалось мне такое знание! – выкрикнул мальчик и ударил кулаком в лавку.

Марий тяжело вздохнул и стиснул переносицу двумя пальцами.

– Ты же понимаешь, что я должен уничтожить источник появления навий? – спросил он Мируту, и тот уродливо скривил лицо.

– Птицы насмерть заклевали Коржака в первую же ночь появления. Но остальные – они знали, что Мита в опасности, и ничего не сделали! Она была совсем девочкой, ей минуло всего одиннадцать весен! А Коржак – он же старый, он же… мерзость какая… Пан дейвас, они заслужили свое наказание! – Мирута схватил Мария за рукав, подавшись вперед. У мальчишки было узкое скуластое лицо и легкие, как пух одуванчика, волосы. Он был тонок в кости, хоть и жилист. Марий выругался сквозь зубы. Не выжить здесь парню. И хоть Болотник был с ним согласен, но в первую очередь он боролся против навьих тварей, а не против человеческой мерзости.

Так он и сказал Мируте, и парнишка отпустил его рукав, разом сгорбившись и будто потухнув.

– Делайте как должны, – бесцветно отозвался он, избегая взгляда дейваса.

Теперь они стояли у корней могучей ели, и Мирута смотрел на воздушный гроб так, словно в нем заключался смысл его жизни. Марий положил ладони на ствол дерева и закрыл глаза. От его рук к гробу побежали водяные жгуты. Они вплелись в толстые веревки и обратились льдом, повинуясь указу дейваса. Лед треснул, и гроб полетел вниз. Мирута вскрикнул и бросился вперед, но Марий перехватил его за шиворот и повел рукой. Вместо земли гроб упал на невесть откуда взявшуюся воду, зависшую прямо в воздухе. Вода медленно впиталась в землю. Марий и Мирута подошли к гробу.

Девушка и впрямь выглядела так, словно спала. Только на виске темнела безобразная рана, отмытая от крови, но все равно жуткая. Руки покойницы были сложены на груди поверх искусно вышитой рубахи и красной поневы. Везде, где из-под одежды и украшений выглядывала бледная кожа, она была покрыта знаками, нанесенными колдовской смесью из трав, черной соли и крови Мируты.