Огневица

Итрида молча рассматривала его лицо – усталое, заросшее короткой темной щетиной, с россыпью морщинок, разбегающихся от глаз. Сами глаза, ярко-зеленые на свету, сейчас вновь напомнили Итриде заросшие ряской камни – потускневшие и холодные.

Она не стала отвечать.

– Что в бутылке? И где ты ее взял?

Огненосец поднял напиток на уровень глаз и небрежно поболтал.

– Горная ежевика. Рудознатцы верят, что вино из этой ягоды лечит душевные раны. А еще оно придает храбрости, чтобы встретиться лицом к лицу с духами. У орлиного народа есть обычай: каждый, кто задумал расстаться с жизнью, отправляется провести последнюю ночь на Стол Духов и берет с собой бутыль этого вина. Если человек меняет решение, он оставляет бутыль как дар духам. Если нет – выливает вино в огонь, чтобы духи приняли его к себе. Потому иначе вино из горной ежевики зовется «вином жизни». А где взял… Здесь, – Марий лукаво усмехнулся и скосил взгляд на Итриду. – Но позволь оставить местонахождение чудо-погребка в тайне. Мы и так нарушили слишком много запретов.

Итрида приподнялась, морщась, когда позвонки встали на место, размяла шею и потянулась к бутылке.

– Что, вот так просто? И пани не побрезгует пить из горла, да еще и после колдуна?

– Я тебе что, княжна какая? Да и… зараза к заразе не липнет.

Марий криво улыбнулся и протянул Итриде вино. Она взялась за темное запотевшее стекло пониже его пальцев, но дейвас все равно мимоходом погладил ее руку. Надо же, стекло. В Беловодье за него платили золотом, а у рудознатцев пользовали как простую глину.

Помедлив, Итрида отхлебнула большой глоток и подержала вино во рту, сосредоточившись на ощущениях. Легкое и освежающее, как родниковая вода, оно полнилось вкусом ягод и прокатилось по горлу, оставляя за собой след, который, как показалось Итриде, должен был светиться – таким он был ярким.

– Вкусно, – Итрида облизнулась. Марий протянул руку, но она даже не глянула на дейваса. Лишь устроилась поудобнее, чтобы не выронить ненароком бутыль. Дейвас изумленно вздернул брови и покачал головой.

– Будь осторожна. Оно только кажется легким, но всего с одной бутылки ты через час не сможешь даже встать.

– То, что надо, – Огневица отхлебнула еще глоток. Марий хмыкнул и поднялся на ноги гибким кошачьим движением.

– Уже уходишь? – глянула бродяжница на мужчину снизу вверх. Еще недавно она хотела остаться одна, но почему-то это желание исчезло, будто смытое ежевичным привкусом на языке.

– Нет. Хочу взять второе одеяло. Ночь будет долгой.

– Марий! – окликнула Итрида повернувшегося было спиной дейваса. – Ты ведь не просто так знаешь об этом вине. И путь к Столу Духов тебе хорошо известен. Ты бывал здесь раньше. Зачем? Чтобы нанести знак или?..