Огненный тыл

Они разбежались в разные стороны, залегли в канавах, на этом участке их могла преследовать только пехота, мотоциклы не смогли бы перебраться через реку. Фашисты появились из леса на дальней стороне, открыли огонь, несколько человек припустились по дороге, остальные рассредоточились. Разведчики стреляли экономными очередями, одно тело осталось лежать в колее, остальные поспешили рассредоточиться по обочине, на дороге никого не осталось, но врагов было много – они появлялись то тут, то там, глаза разбегались, чёрт возьми.

Дети превращались в маленькие удаляющееся точки, до леса им осталось совсем немного. Лида замыкала колонну, прикрывала детдомовцев своей спиной. Добегут – уже почти добежали. Когда Глеб обернулся в очередной раз, их уже не было – молодцы!

Противника немного удалось задержать, теперь немцы за детьми не побегут – зачем им дети, им разведчиков нужно уничтожить или пленить.

– Откуда их столько? – ругался Смертин, ведя прицельный огонь.

– От верблюда… – нервно засмеялся Климов. – Не всех значит вы разложили, ребята.

– Отходим!.. – крикнул Шубин. – Нужно пробиться к лесу, догнать детей. За этим лесом уже наши.

– Эх, товарищ лейтенант, вашими устами, да мёд пить, – рассмеялся Климов выкатываясь из канавы.

– Давайте, двое бегут, двое прикрывают.

Шубин лавировал на бегу, пули проносились где-то рядом, залегал, бил по перебегающим позади фрицам. Погоня не отставала – немцы захватывали кучку разведчиков с флангов, но пока ещё было далеко. Лейтенант снова бежал, прыгая по кочкам, перелетал канавы, очередь пропорола землю совсем рядом. Падая в канаву, Глеб краем глаза заметил, что и Баттахов делает то же самое, потом оба поднялись, навалились на бруствер, стали прикрывать перебегающих товарищей. Сержант оступился, взмахнул руками, рухнув в яму, долго возился там, ругаясь в полный голос – всё в порядке, передёрнул затвор. Смертин, не добежал до Баттахова, оттолкнулся двумя ногами, чтобы приземлиться в окоп и закричал от пронзительной боли в спине, упал вниз головой, вывернув позвоночник.

– Иван, ты что, сдурел? – Баттахов как червяк перетёк в соседней окоп, принялся тормошить товарища.

– Что с ним, Айхан?

– Мёртвый, три пули в спине и шея свёрнута."

"Потемнело в глазах, ноги стали ватными, предательски подогнулись. Лейтенант вцепился руками в края ямы, утихомирил дрожь, снова схватил автомат и начал бить по ненавистным мундирам, которые продолжали лезть отовсюду. До леса оставалось каких-то двести метров, даже меньше.

– Мужики, прорвёмся! – он не узнавал свой голос. – Бежим к лесу, иначе нас здесь зажмут.

Попытка вырваться из западни провалилась – бежать по полю было невозможно, немцы сузили простреливаемое пространство и теперь обрушили на разведчиков град свинца.