Огненный мост

А из милиции сообщили, что когда ее брали, то она кричала, обзывалась, кляла всех на чем свет стоит и говорила, что никто ей не помогает поднимать двоих малолетних детей и нечего лезть в ее жизнь.

И вот она сидит здесь – напряженная и, кажется, даже испуганная. И все время косится на дверь, даже пару раз обернулась на нее. И тут Коган понял, что она не за себя боится. Бабе с таким характером все нипочем. Боится она только за детей. О них она думает и за них переживает, потому что не знает, выйдет ли из этих стен. А кстати, с кем ее дети?

– Почему меня сюда привезли, начальник? – Она смотрела на Бориса, и взгляд ее был очень напряженный.

– А почему нет? Что вас удивляет, Алла Геннадьевна?

– Ладно, – вздохнула женщина, – сами скажете, раз привезли не в милицию, а в НКВД. Только я не шпионка.

– НКВД занимается не только шпионами, – заметил Коган. – Иногда сюда привозят людей, с которыми надо поговорить о вещах секретных, не для чужих ушей. О вещах важных, которыми не занимается милиция. С какой целью мы привезли вас? Вы удивитесь, Алла Геннадьевна, но это зависит от вас. Либо вы наша помощница и советский человек, либо вы такая же, как тот, о ком мы с вами хотим поговорить.

– Это что же, я за чужие делишки отвечать должна? Я, гражданин начальник, только перед своими детишками в ответе. Они моя совесть и мой гражданский долг. И не надо мне шить чужих дел!

– Меня зовут Борис Михайлович. Вы знаете много специфических словечек. Я догадываюсь, что вы их не в книжке вычитали, а почерпнули из той среды, в которой они в обиходе. И не надо на меня сердиться. Лично я ни в чем перед вами не виноват. Вы вот сказали, что отвечаете за своих детей. А знаете, за скольких человек отвечаю я по роду своей деятельности? Скольких человек мне приходится спасать от врагов и диверсантов? А солдат на фронте? Знаете, сколько человек он спасает, убивая немца, подрывая дот, сжигая вражеский танк?

– А вы-то что не на фронте, а в тылу жируете? – огрызнулась Горбунова."

"– За последние три дня меня пытались убить дважды, – улыбнулся Коган. – И это не на фронте и не немецкие солдаты. Жировать мне некогда. Да и не обедал я еще сегодня. Давайте к делу, гражданка Горбунова. Вас задержали сотрудники уголовного розыска. Вы обвиняетесь в хранении и сбыте краденых вещей. О том, что они краденые, вы знали, и доказать это не составит труда. Как не составит труда доказать и ваш уголовно наказуемый промысел. Вас должны были бы привезти в милицию, допросить, предъявить обвинение, изъять вещи и золотые украшения, а потом передать дело в суд. Детей ваших, в случае вашего осуждения, я думаю, лет на восемь-десять, отдадут в интернат. Но есть и другой вариант развития событий. Нам нужна ваша помощь. Поможете нам – мы поможем вам. Кстати, где ваши девочки сейчас?

– У соседки.