Огнедева

Растет на Белун-горе сырой раскидистый Дуб,Всем дубам-деревам отец.Он пророс всю мать сыру землю корнями,А всю Сваргу Золотую объял ветвями,Лежит под тем Дубом бел-горюч камень Алатырь,Всем камням отец — Сердце Мира.Бьют из-под того камня Алатыря два ключа:Ключ воды Живой да ключ воды Мертвой…[39]Поначалу голос его звучал неуверенно и даже хрипло от волнения, но потом Велес, покровитель и наставник певцов, помог — и сердце в груди будто расправило крылья, дух понесся ввысь, перед взором развернулись дивные картины. По спине побежала дрожь, передалась в пальцы, заразила слушателей, и Твердовек запел уверенно и вдохновенно, унося слушателей с собой прочь от земли, прочь от этого места и времени — туда, в тот вечный запредельный мир, где живут боги и где ежегодно, ежедневно и ежечасно повторяются деяния, благодаря которым создается вселенная.

Это было очень старое предание, но даже самые старшие из слушателей его не знали, потому что исполняться целиком эта песнь могла только перед ликом Девы Ильмеры. В песне пелось о тех исконных временах, когда Всебог-Род был единым владыкой земли, огня и воды и ни с кем еще не делил своей власти. Еще не пришло тогда время Перуна и Велеса, его сыновей или новых воплощений — среди богов это зачастую одно и то же. В долгую Ночь Богов, между Купалой и солнцеворотом-Карачуном, Всебог-Род спал глубоко под землей, в темных пещерах, куда можно войти только через глубочайший колодец на вершине Мер-Горы. В облике огромного медведя, обросшего густой черной шерстью, спал он, и в это время спала земля, не росла трава, и реки спали под покрывалом льда. А медведь-Всебог держал в лапах само солнце — словно золотое ожерелье, горячее и сияющее."

"И в самый темный, самый тяжелый и холодный день в логово медведя проникла богиня Лада, мать всего живого. Не в силах больше смотреть, как страдают без тепла и света ее дети, она пришла туда, обернувшись оленихой с золотыми рогами и копытами из светлого серебра. Постаравшись не разбудить Всебога, Лада взяла ожерелье и понесла его вверх, через подземные пещеры, через глубокий колодец, на вершину Мер-Горы. И пока она поднималась, на земле становилось все теплее: чем выше возносила она золотое ожерелье, тем шире разливался ясный свет под небосклоном. Таяли снега, бушевали весенние воды и в конце концов подмочили шкуру спящего медведя. Проснувшись, Всебог понял, что его сокровище похищено. С яростным ревом кинулся он вдогонку за похитительницей, сбросил с себя медвежью шкуру, превратился в орла и на могучих крыльях устремился вверх.

В день Купалы он настиг Небесную Елень, когда она отнесла золотое ожерелье на самую вершину неба.