Огнедева

И Велему еще сильнее захотелось поскорее заполучить сестру в руки, чтобы не допустить дальнейшей огласки.

В распоряжении тех, кто убегал, и тех, кто за ними гнался, были одни и те же средства: лодья на веслах, иногда под парусом, если ветер был попутный. Имея больше людей, Велем мог чаще менять гребцов и надеялся, что движется быстрее Вольги. Тем не менее он весь измаялся и сам сидел на веслах, чтобы хоть как-то отвлечься и успокоить совесть, но не переставал последними словами ругать себя за дурость. Он готов был на все, и если бы сейчас Волхов надумал идти вспять, только бы обрадовался этому суровому знамению, которое заодно быстрее понесло бы его к цели. Велем терзался мыслью о том, что он мог все это предотвратить, если бы не выпустил Дивляну в тот вечер из дома. Она же была в его руках, ему ничего не стоило прикрикнуть и послать ее наверх спать! И сторожить до утра внизу, чтобы не сбежала, да еще братьев позвать! Попробовал бы тогда Вольга сунуться в дом! Понимая, что он сам виноват в случившемся, Велем не представлял, как сможет вернуться в Ладогу без Дивляны. Лучше тогда утопиться!

— Ничего, брат, догоним! — утешали его и Нежату то Опенок, то Осташка. — Куда он денется, река одна и дорога тут одна.

— А уж поймаем, тут мы ему спуску не дадим! — обещал Стояня и делал такие движения огромными кулаками, будто скручивал что-то. После потери в бою двух зубов он стал несколько пришепетывать, но решимости не утратил.

А Волхов между тем кончался, впереди было озеро Ильмерь, а за ним река Шелонь, которая выводила прямиком во владения плесковского князя.

Первой целью Вольги было добраться не до родного Плескова, до которого было не менее двух седмиц дороги, а до Словенска. Здесь жила замужем, в роду старейшины Вышеслава, его родная сестра Любозвана. Старше его на год, она была сговорена с Прибыней Вышеславичем еще года три назад, и вот наконец прошлой осенью старики обо всем договорились и свадьба состоялась — та самая свадьба, на которой он впервые увидел Дивляну. С единственной сестрой Вольга всегда жил дружно и теперь мог смело рассчитывать на ее помощь.

Да и помощь им нужна была не только по причине бегства. Целые дни проводя на реке, на холодном речном ветру, иной раз под дождем, от которого не спасал и кусок кожи, почти всегда с промокшими ногами, Дивляна в последние сутки расхворалась. Ее мучил кашель, бил озноб, и Вольга не на шутку испугался, что невеста не доедет до дому живой. Дивляна уверяла, что может продолжать путь и подремлет на дне лодьи, но Вольга решил остановиться. В селе, где их весь день удерживали упорный ветер и дождь, он попросил хозяев истопить баню.