Одноклассники бывшими не бывают

Конечно, мне хотелось подпрыгивать и спрашивать: «Правда, я здорово сделала, скажи, здорово, да? Да?», но это плохо вписывалось в мой образ успешного творца. Пришлось сдержаться.

Нет, я все еще не была уверена, что ему понравится настоящая Рита.

— Боюсь, во второй раз я мог бы и не собрать тот же состав.

— Я бы второй раз и не повелась. Надо что-то новенькое.

— Что поделать, у меня не очень богатое воображение… — Соболев поймал меня в объятья. — Например, мы сейчас поедем завтракать в… — он сделал паузу. — Куда?

— В парижскую кондитерскую. Кофе, круассаны, апельсиновый сок — самый романтичный завтрак.

Я фыркнула. Что-то весь этот парижский шик меня просто преследует.

— А я думала — в Париж, — дурачась, протянула капризным тоном.

— Хочешь в Париж? — тут же оживился он.

— Нет! — постаралась я поскорее откреститься, вспомнив его жесткую отповедь, почему он не любит афишировать свой реальный статус.

Я улыбнулась и подняла на него глаза. Он поймал мой взгляд и замер, лишь ладонь на талии как будто все больше наливалась тяжестью и теплом. И его грудь под моими ладонями поднималась и опускалась все чаще, пока он не отрываясь смотрел на меня. Долго, очень долго — так что внутри что-то плавилось и растекалось лужей кипящего золота.

Минуту? Две? Пять? Десять? Смотреть вот так друг другу в глаза было куда более волнующе, чем заниматься всем тем, что я представляла сейчас себе в голове. Но он наконец сказал осипшим голосом:

Хорошо, что я не стала застилать кровать.

— Вот теперь я по-настоящему голодный, — сообщил Соболев. — Так что завтракать мы все-таки поедем.

Я покосилась на свой рабочий стол. Основные заказы ночью уже сделала, надо только упаковать и разослать. Но вчера все закончилось на том, что я составила список покупок для новой коллекции и отложила кое-что из своих запасов, чтобы сделать пробные экземпляры. Хотелось посмотреть, как это будет выглядеть. Но если затевать возню с эпоксидкой — это на целый день. А мне все-таки хотелось провести хотя бы утро с Ильей.

Когда он целовал меня, когда обнимал, когда любил — он был невероятно нежным и внимательным. Он был потрясающе красивым: его сильные плечи хотелось трогать, царапать, кусать, плоский живот — гладить ладонями, спину — обхватывать ногами. Как любовник он был прекрасен. Но большую часть этих сладких минут с ним я проводила с закрытыми глазами, чувствуя происходящее телом, а не разумом.

Самые острые эмоции я получала сейчас, когда сидела напротив него за столиком в кофейне, бросая быстрые взгляды поверх меню, слушала, как он рассказывает бесконечно длинную байку о выступлении неизвестной мне группы в клубе и непрерывно дергала реальность за хвостик. Это правда он — Илья Соболев, моя сбывшаяся мечта.