Одна любовь. Двойная месть

"

"Полина снова огляделась по сторонам, непонятно было, который сейчас час, и вообще, сработало ли отслеживающее устройство в игрушке, ведь это было оно? Девушка не знала, как быть, идти с этим мужчиной или ждать спасение здесь? Но неизвестно, сколько это займет времени, она должна предпринять хоть что-то, потому что ожидание сведет ее с ума.

— Пойдем быстрее, не думай, я не обманываю. Пойдем.

Она быстро укутала сына, прижала к груди, надела тапочки. Вышли в коридор, спустились вниз, повернули, снова какой-то коридор, темно и мало что видно. Но вот вспыхивает яркий свет, он бьет по глазам.

— А ты куда это собралась?

Знакомый до нервного тика голос режет слух, Полина поворачивается. Облокотившись на дверной косяк, стояла Лена, без белья, лишь майка накинута на голое тело.

— Я сейчас закричу, и проснется весь дом.

— Закрой свой поганый рот и иди откуда пришла, — мужчина отодвигает Полину в сторону, а та, словно в шоке, рассматривает Елену, словно перед ней совсем другой человек, а не та молоденькая и глупенькая блондинка, что была раньше.

— А вот у кого рот поганый, мы еще узнаем.

Она что, под кайфом? Речь и движения замедлены, глаза чуть прикрыты, растрепанные длинные волосы и синяки по рукам. Господи, да что с ней такое стало?

— Иди, иди вперед, там дверь.

Полина не отвечает, делает несколько шагов по коридору, но тут позади распахивается дверь, несколько лучей света пронзают полумрак, тяжелый шаги, шорох. За ним глухие удары, Полина сворачивает за угол, часто дышит, прижимая к себе ребенка. Она видела, как кто-то вооруженный в маске нанес удар Лене, как она так некрасиво осела на пол.

— Пошли, быстрее, — ее хватает за локоть все тоже старик, тянет, в лицо ударил прохладный воздух, ступеньки, кусты.

— Отпустите меня.

Полина отстраняется, осматривается по сторонам, она наверно на заднем дворе дома, эта темнота вокруг просто угнетает. Надо искать выход, калитку или ворота.

— Иди вдоль забора, — мужчина говорит и скрывается из вида.

— Господи, помоги.

Нет времени на истерику и слезы, а так хочется. Потому что она женщина, она слабая женщина с грудным ребенком, их похитили, это все так ужасно и безумно страшно. Но она должна быть сильной. Где-то слышны стоны, голоса, удары, она идет вдоль кирпичного высокого забора, но попадает в дым. Останавливается, дышит, Саша начинает плакать, качает его, успокаивая, делает несколько шагов в этом дыму, сама начинает задыхаться им, натыкается на кого-то, вскрикивает, оседая на землю, отползая назад по сырой траве.

— Полина, милая, это я. Все хорошо. Это я.

Голос такой знакомый, Полина даже не верит, что слышит его.

ЧАСТЬ 30

— Полина, Полина, это я. Ну, что ты, все хорошо. Посмотри на меня, девочка.