Одна из тысячи звезд

 — Поехали, развеемся и снимем хоть часть напряжения, ну или хотя бы я сниму.

Она опустила глаза на мою ширинку. Приподняв бровь, усмехнулась.

— Это что ли в стриптиз-бар?

— Нет, радость моя колючая! Покажу тебе, чем занимаются настоящие мужики в свободное время и как разгружаются после выноса мозга упрямыми женщинами.

- Едут во дворец, который можно ломать, а там, как истерички, бьют посуду и ломают стены?!

— Если ты думала, что я не знаю сказок Джанни Родари, то ты заблуждаешься. Бабушка до девяти лет читала мне сказки на ночь, так что в этом вопросе я подкован.

Мы подошли к машине, и я открыл пассажирскую дверь для Селины, подавая ей руку, чтобы ей было удобнее залезть на сиденье. Она такая маленькая, что был бы автомобиль еще повыше, ее бы подсаживать пришлось. Хотя я не против подержаться за эту хорошенькую попку.

Девушка уселась, но придержала дверь рукой.

— Ну, а как же постоянные травмы головы у боксеров, которые превращают их в тугодумов в лучшем случае и в кретинов в худшем?

— Крох, ты путаешь чистый бокс и смешанные единоборства. Тебе на заметку, смертельных исходов в ММА было всего четыре, причем два из них были так называемые «подпольные», а травмы головы мы получаем в несколько раз меньше упомянутых боксеров.

Она немного неверяще уставилась на меня. Я быстро наклонился и чмокнул ее в нос, пока она задумалась, закрыл дверь. Обошел и сел за руль.

— Даниил, а почему только до девяти лет бабушка тебе сказки читала? А потом?

— А потом она умерла, и сказки читать стало некому. Да, и я вырос, чтоб слушать всякую вымышленную хренотень.

Она напряглась и как-то нервно пристегнула ремень безопасности.

— Извини, я не хотела… — но я перебил.

— Да нормально, не начинай. Все, поехали.

Селина

Ехали почти традиционно, молча. Я не спрашивала, куда он меня везет, так как спорить с ним в случае несогласия — дело нервное и хлопотное.

Часть моих мозговых тараканчиков похожа на зомби, праздно шатающихся по извилинам, а другая — на энергичных попрыгунчиков. Этому состоянию, конечно, было объяснение, даже два. Во- первых, несмотря на то, что я не жаловалась на скучную жизнь, за последние два дня меня так тряхнуло, как Японию однажды, с магнитудой восемь баллов по шкале Рихтера. А во- вторых, этот огромный сгусток тестостерона, сидящий рядом, который, как выяснилось, не верит в сказки.

А я верю! Правда, это чувство живет так глубоко во мне и нечасто проявляется, но все равно верю. Еще в детстве поняла, что без веры во что- либо человек не живет, но тогда возникает вопрос: А во что верить?

Сначала я слепо, как любой нормальный ребенок, верила своей маме. С возрастом поняла, что мамулька-то моя не о том говорит, не тому учит, и пора брать в свои руки бразды правления.