Один против Абвера

Захолустный городок в Кузбассе, старенькая мама. Ни о какой работе, понятно, речь не шла.

«Но почему бы в дальнейшем не замахнуться на роль сторожа при винном заводе? — шутил в письме Пустовой. — Или собраться с духом, сесть и написать мемуары. И про тебя не забуду, командир. Про всех напишу. Ты выздоравливай, может, еще повоюешь. У тебя хотя бы ноги целы».

Снова дальняя дорога, крупный госпиталь наркомата обороны в подмосковных лесах. Состояние Алексея ухудшилось, обострились болячки. Он теперь почти не ходил, постоянно держался за ребра, не мог вздохнуть.

Без него обошлись сражение под Прохоровкой и освобождение Смоленщины. Потом советские войска вышли к Западному Бугу, взялись за Польшу и Прибалтику. Он внимательно слушал радио, читал в газетах сводки с фронтов, улавливал разницу между тем, что в них сообщалось, и реальным положением дел. Однако, как ни крути, линия фронта ползла на запад. Значит, немцев били! А он тут отлеживался.

Однажды в богоугодном заведении нарисовался полковник Гробов собственной персоной. Он улыбался, что делал только в исключительных случаях.

Только тут до Алексея и дошло, что никаких мер наказания строгое, но справедливое командование к нему не применило. Задание он через пень-колоду выполнил, крота ликвидировал."

"— Привет мертвецам из мира живых, — добродушно и не очень деликатно заявил полковник. — Был в командировке в столице, вот решил заскочить. Да, капитан, выглядишь ты убого. Но не мертвый, и то хорошо. Ты прошлое вспоминаешь? Или нечем еще? — По отсутствию такта в тот вечер ему не было равных. — Я тебя к награде представил. Закончишь лечение — получишь. Капитан Чаплыгин действительно оказался кротом. Мы получили косвенные подтверждения этого факта. Гуляева подослал абвер, чтобы он втерся к нам в доверие. Он действительно бывший сержант Красной армии. Этот подонок убил охрану и Лизгуна, пытался выручить своего сообщника Чаплыгина. Не повезло им во время бегства. Да ты об этом знаешь, вам с парнями тоже не подфартило. — Гробов немного смутился. — Крота Гуляев потерял, на минное поле сослепу выскочил, вы за ним. Картину случившегося мы впоследствии восстановили. Майор Костин скончался от сердечного приступа. Подвел человека мотор. Показания арестантов в принципе сходились: Гуляев вскрыл замок, когда никого поблизости не было, уничтожил охрану. Лизгун обрадовался, подумал, что тот его сейчас освободит, а тут нож. С тех трех офицеров, которые там остались, обвинения были сняты, они продолжили службу. Полковник Борисов погиб под Варшавой. Подозреваю, мы без тебя войну закончим, капитан, — в очередной раз отличился Гробов. — Плохо выглядишь, не встанешь на ноги. Ничего, как-нибудь сдюжим. Ты выздоравливай. Комиссуют тебя из армии.