Его одержимость

Не думала, что всё будет именно так…

Стоило ему появиться, мой разум тут же начал играть со мной, подкидывая картины прошлой ночи: его широкая спина, исполосованная моими ногтями; озверевший взгляд, который прожигал мою кожу, заставляя плавиться, превращаться в воск; поцелуи, выпивающие без остатка дыхание, осушающие меня, словно стакан прохладной воды, которые он пил, ни на секунду не отрываясь от моих губ, шепча сводящие с ума слова.

Изменщица.

Да. Это подходящее определение.

Я вела себя так, как и положено неверным женам. Отвечала на его ласки, сходила с ума от его требовательных прикосновений, стонала, моля о большем, извивалась под ним, впитывая в себя его горящий взгляд и срывающееся дыхание.

Зверь.

Он брал меня то грубо, но оргазмически приятно, то был нежен, заставляя таять от его неторопливых, как наркотик необходимых ласк. Но нежность принять было больнее. Слишком легко он срывал с меня все покровы, обнажая душу, которая жаждала его. Жаждала быть нужной ему. И при этом не имела на это права.

Зверь.

Он выжег на моем теле свои прикосновения. Оставил тавро, которое теперь уже никогда не смыть. Кожа пылала, стоило мне вспомнить, как он касался меня, сводя с ума от потребности ощущать его грубые, но мучительно нежные руки на своем теле снова и снова.

Его нетерпеливые вторжения заставляли меня срываться на крик, который тут же заглушался губами этого зверя. Он врезался в мое тело, стирая все границы, когда-то разделившие нас. Его толчки убивали меня, заставляя растворяться в невероятных, переполнявших душу волнах сильнейших оргазмов, накатывавших один за другим, стирающих остатки разума, заставляющих забыть, за что я его ненавижу.

Зверь.

Он делал это снова и снова. А я позволяла ему, сгорая в агонии страсти. Каждый раз, венчая очередной шаг к моему падению, он кончал в меня, хрипло рыча в ответ на мой стон удовольствия. А я ловила его озверевший взгляд, раздирала его спину, ощущала, как внутри горячо от свидетельства его взрыва эйфории.

Зверь. Каждое наше соитие заканчивалось этим. И тело, требовавшее ласк, ликовало, получив самое дорогое. Частичку этого зверя, которая навсегда останется во мне.

Моргнула, прогоняя наваждение. Пора заканчивать со всем этим. И возвращаться домой.

Паша сегодня приезжает из командировки. Но думать об этом не хотелось. Было страшно, что не смогу теперь смотреть ему в глаза. Не достойна смотреть в эти любящие глаза, которые не замечают очевидного.

Изменщицу во мне.

Кремлёв сидел в кресле, невидящим взглядом впиваясь в пространство.

Странно, я знала, о чем он думал.

Но предпочла бы не знать.

– Где они?

Вздрогнул, когда мой голос нарушил тишину спальни, еще хранившей воспоминания о прошлой ночи.