Я одержим тобой

Думаю, с алкоголем вам уже хватит, боюсь, он совсем упьется, — произнесла женщина, одновременно забирая бокал Дмитрия.

Дмитрий, естественно, ничего на это не стал говорить. Если Фадей Никонович не в настроении, ему действительно стоило держаться подальше от алкоголя, чтобы не опьянеть.

— Ешь, ешь побольше, — добавила Галина Петровна, похлопав мужа по плечу. — Что было, то прошло. Мы, живые, должны продолжать жить. Представь, как бы переживала Анфиса, узнав, что ты убиваешься до сих пор? Неужели, ты даже на том свете не оставишь ее в покое?

Фадей Никонович утер слезы, посмотрев на Дмитрия и Светлану:

— Извините, что вам пришлось это лицезреть.

Именно такие внешне твердые, но мягкие внутри люди — самые трогательные. Светлана почувствовала, как в груди все сжалось и стало душно при виде того, как всегда жесткий и серьезный мужчина открыл им свои истинные чувства. Сама не понимая, что с ней происходит, ведь никогда с этой Анфисой не встречалась, да и самого Фадея Никоновича видела от силы пару раз, но почему-то девушка ощутила внутренний дискомфорт.

Она вдруг встала:

— Я отлучусь в ванную комнату.

Поскольку уже посещала их и была знакома с расположением комнат, девушка без посторонней помощи нашла уборную. Зайдя внутрь, она заперла дверь. Встав перед раковиной, открыла кран и, набрав воды в руки, плеснула в лицо. Как только прохладная жидкость коснулась кожи, Светлана мгновенно пришла в себя. Насухо вытерев лицо, она открыла дверь и собиралась уже вернуться в столовую, когда увидела стоявшую в дверях Галину Петровну. Разговаривая по телефону, она следила за происходящим в столовой, словно боясь, что кто-то ее увидит или услышит. Она почти перешла на шепот:

— Подойдет бокал, из которого он пил?

Светлана нахмурилась. Вскоре до нее дошло, что тут происходит — женщина держала в руке бокал, из которого только что пил Дмитрий. Нервы у нее резко напряглись. Неужели, они узнали о настоящей личности Дмитрия и позвали его сегодня, чтобы выяснить это? Их целью было получить образец его слюны, чтобы сделать ДНК-тест?

При мысли об этом ее пробил озноб. Если Фадей Никонович узнает о том, чей Дмитрий на самом деле сын, не только отношения между ними будут разорваны, но, в худшем случае, они даже станут врагами. Зная, насколько Фадей ненавидит Елизавету, можно было только вообразить, какую ненависть он будет испытывать к Дмитрию, как к ее сыну. И тогда они неизбежно окажутся по разные стороны баррикад.