Очень (не) обычная история

Я чувствую только, как напрягается его тело и появляется хмурый взгляд на его уставшем лице. Я начинаю нервничать. Внутри меня будто сжимает тисками в районе живота. Но все же упрямо жду хоть какой-нибудь ответ. Но его не следует. Мужчина сохраняет молчание. Мне становится неприятно. Обидно. Что это? Он не чувствует того же? Или что? Что не так? Сердце словно бешеное начинает изнутри лупить о рёбра.

— Егор, я сказала что-то не то? — я первая нарушаю тишину между нами и отстраняюсь от него.

Он прикрывает глаза и трёт пальцами переносицу. Тяжелый вздох и такой же выдох.

— Ань, это не тема обсуждения в машине и тем более при посторонних. Мы скоро будем дома, там и поговорим.

Ничего не отвечая я отворачиваюсь к окну. Плакать хочется. Очень. Но не при нем. Не дождётся. Поплачу потом. При нем я точно этого делать не стану.

В таком гробовом молчании мы доезжаем до дома. В доме мы так же расходимся по разным комнатам. Я иду в спальню, а Громов в свой кабинет. Переодеваюсь и отправляюсь в душ. Там, под сильным потоком воды я наконец-то даю волю своим эмоциям. Я не плачу. Мои слёзы сами текут по моим щекам путаясь и перемешиваясь с каплями воды. Кто я для него? Если он ко мне не чувствует того же, зачем тогда все это? Для чего?

Егор

— Сань, так что мне делать? — сажусь в кресло напротив разожженного камина, в котором приятно потрескивают дрова.

Сам не думал что попаду когда-нибудь в такую идиотскую ситуацию. От прошлого не убежать, как бы этого не хотелось.

— Фух… Ну у тебя и задачки. Егор, скажи мне как другу, как ты умудряешься так вляпываться? Кому рассказать — не поверят! Это же уму непостижимо.

Да я сам охренел когда Веру увидел. В последний раз я с ней встречался на суде. Она тогда свидетельские показания давала и не в мою пользу, но я давно ее простил. Много воды утекло строг времени.

— Как оказалось бывает, — провожу пятерней по затылку.

— Эх, Громов… И даже то, что быть не может, однажды тоже может быть. Скажи мне, почему-то это случается только с тобой?

—Сам не знаю. Так, что ты мне посоветуешь? — беру в руки кочергу и поправляю поленья в камине.

— Я бы посоветовал тебе все забыть. И девчонку тоже. Но я не Морфеус и у меня нет синей таблетки.

Нет уж, забывать Аньку я точно не собираюсь. Эта девочка за несколько дней перевернула всю мою жизнь с ног на голову.

— А если серьезно?

— А если серьезно, то расскажи ей всю правду. И чем раньше, тем лучше. Поверь мне на слово, что так будет лучше для всех. Кстати, где она сейчас?

— Наверху. В спальне, — я инстинктивно глянул на дверь, ложно надеясь, что она сейчас войдёт в неё.

— Ну вот, прямо сейчас иди к ней. И все как есть расскажи.

— Мне кажется, я не смогу, — поднимаюсь с кресла и упираюсь одной рукой об угол каминной плиты.