Стечение обстоятельств

Я действительно ежедневно звонил Константину Михайловичу, но вы должны понять: я отец…

— Понимаю, — ласково поддакнул полковник. — Я ценю вашу деликатность, это, знаете ли, редко встречается. Я знаю, что вы не жаловались ни руководству Ольшанского, ни моему. По-видимому, вы с пониманием относитесь к нашим трудностям — нехватке кадров и чрезвычайно высокой нагрузке оперативно-следственного аппарата, и мы вам за это благодарны…

Колобок, привыкший говорить короткими рублеными фразами, написал этот изысканный текст заранее и выучил наизусть. Он хотел усыпить Ковалева и создать у него впечатление, что «интеллигентные люди всегда смогут договориться».

— Поэтому, — продолжил Гордеев, бросив взгляд на лежащую перед ним шпаргалку, — я проинформирую вас о ходе оперативно-розыскных мероприятий, предпринятых по делу об изнасиловании вашей дочери. Во-первых…

Виктор Алексеевич добросовестно и нудно перечислял все, что в течение трех недель сделала группа, возглавляемая Игорем Лесниковым, сыпал цифрами, указывавшими на количество проверенных подростков, половых извращенцев, хулиганов, лиц, стоящих на различных учетах. Дабы не быть голословным, полковник даже достал из сейфа пухлый конверт и потряс им перед Ковалевым."

"— Здесь фотографии всех, кого мы могли бы на сегодняшний день подозревать в совершенном преступлении. Как только ваша дочь поправится настолько, что сможет давать показания, эти снимки будут ей предъявлены для опознания. Видите, как их много? Проделана гигантская кропотливая работа! — Гордеев неловко махнул рукой, часть фотографий вывалилась из конверта и заскользила по гладкой полированной поверхности стола прямо к Ковалеву. Виталий Евгеньевич с любопытством разглядывал лица на снимках.

— Будьте любезны, подайте, пожалуйста, фотографии, мне не дотянуться. — Смущенный своей неловкостью, Колобок быстро собирал снимки со стола.

Первый этап проехали благополучно, отметил про себя Гордеев. Ты подержал в руках фотографию Шумилина и не узнал его. Значит, ты его не помнишь. Немудрено, четыре года прошло, а таких Шумилиных у тебя, как у народного заседателя, не меньше десятка было. Фокус с нечаянно выпадающими из конверта фотографиями Виктор Алексеевич проделывал в своей жизни множество раз.

— Но, — Гордеев убрал конверт обратно в сейф и снова водрузил на нос очки, — среди всех этих людей есть один человек, в отношении которого подозрения особенно сильны, а улики особенно красноречивы. — Он сделал паузу. — Это некто Шумилин Сергей Викторович, 1968 года рождения, племянник президента Фонда поддержки предпринимательства Виноградова.

Ковалев замер, на скулах выступили красные пятна, глаза судорожно заметались.

— Вы… вы уверены? — выдавил он.