Обрыв

Но внезапно сильно дергает головой назад, птицы срываются с натянутых проводов, охрана падает на землю. Я стою, не в силах сдвинуться с места, смотрю на круглое отверстие в Толином лбу. Снайпер. Его снял снайпер четким профессиональным выстрелом в лоб.

Откуда-то подбегает охрана, валит меня на мокрый асфальт рядом с мужем. Грузное тело прижимает меня к земле, от кого-то защищая. А я смотрю, как загипнотизированная, на Толин лоб и ровное отверстие в нем. Кровь, растекающаяся под ним, только делает асфальт еще темнее, но на кровь она не похожа, просто черная жидкость. «У него даже кровь черная», – вот вторая мысль после увиденного, а первая была: «Как красиво». Я точно больная, если считаю смерть красивой.

Открытые глаза смотрят в голубое небо, рот слегка приоткрыт, словно в удивлении, и лужа черной крови под его головой. Слишком красивая и слишком легкая смерть для Толи Беса.

Тишина пропадает, пространство наполняется шумом, голосами. Вой сирен, меня поднимают с асфальта, молодой полицейский с удивлением осматривает меня в длинной шубе.

– Вы в порядке?

– Почему сегодня все интересуются, в порядке ли я?

– Не понял?!

– Да, со мной все в порядке.

– Вы что-нибудь видели или слышали?

– Да, видела, как моему мужу в лоб всадили пулю. Вы видели когда-нибудь такое? Это был снайпер?

– Мы не можем точно сказать, кто это был, следствие покажет. Пройдемте, здесь сейчас будут работать эксперты.

Глава 40

Егор

Сквозь сон или словно наркотический дурман слышал писк приборов. Хотел открыть глаза или пошевелить рукой, но ничего не получалось. Все словно в тумане, голова не соображает, жутко раскалывается. Во рту сухо так, что слиплись губы, хочется пить.

Ничего не помню. Стараюсь успокоиться, не дергаться, воспоминания, как вспышки фейерверка перед глазами. Вера, ее глаза, полные отчаяния, но все равно с верой в меня. Она уехала, как я и хотел, не сопротивлялась, не говорила, что это бессмысленно и бесполезно. Просто покорно слушала, кивала головой.

Снова писк приборов, отчетливый запах медикаментов. Получается дернуть рукой, писк становится еще сильнее. Чувствую, что в помещение входят, чьи-то руки поправляют на мне провода. С трудом, но получается чуть приоткрыть глаза.

Девушка в белом медицинском колпаке и маске на лице. Лишь одни большие карие глаза. «Как у Веры», – приходит первая мысль. Девушка заботливо заглядывает в мои глаза, скользит по лицу, снова на приборы, которые не перестают пищать.

– Я сейчас позову доктора. Все хорошо, только не двигайтесь.

Она быстро уходит, смотрю в белый потолок, освещенный тусклой лампой. Невозможно понять, день сейчас или ночь, сколько времени я здесь нахожусь. Но голова кружится, даже если я лежу и ничего не делаю. Поднимаю руку, медленно подношу к лицу.