Обрученная с драконом

 – Почему так рвешься стать служанкой?

Она опустила ресницы. Рука сама собой дернулась и накрыла то место, где под платьем покоился медальон.

– Говори, – приказал мужчина жестким тоном. – Чего я не знаю?

– Я принцесса только потому, что мой отец король Астерии – и не больше, – призналась Юна.

– Ну понятно, ты дочь короля, – кивнул Марген. – Но ведешь себя странно.

Лунданец вскинул брови, всем видом показывая, что ждет продолжения.

– Я только полгода назад попала во дворец, – заговорила негромко. – И то лишь потому, что отец устроил мой брак с князем драконов. А до этого жила в сиротском приюте и ничего не знала о своих родителях. Понимаешь?

Она подняла на него взгляд, полный боли, и еще тише добавила:

– Меня не учили быть принцессой.

Несколько мучительно долгих секунд они смотрели друг другу в глаза. И снова, как тогда, в лесу, ей показалось, будто черные глаза Маргена вдруг полыхнули ярким огнем, а круглый зрачок на долю секунды вытянулся и стал серповидным.

Миг – и мужчина отвел глаза. Его лицо словно закаменело, черты стали жестче.

– То есть, если бы не договор с Эрисхаймом, ты бы так и осталась в приюте? – спросил он глухим тоном.

– Наверное, – Юна пожала плечами.

Она не могла понять, привиделось ей или нет, что Марген – дракон. И спросить опасалась.

– Ясно… А твоя магия? Разве в приюте никого не удивило, что безродная сирота обладает силой королевского рода?

– А у меня не было магии, – с мимолетной улыбкой призналась девушка. – Мне ее заблокировали после того, как в три года я сожгла монастырь, в котором родилась. У меня тогда был первый выброс.

– Сожгла монастырь… – эхом повторил Марген.

Он поднялся и сделал несколько шагов, словно задумавшись. А затем обернулся к Юне и наградил таким пронзительным взглядом, что у той нервы сжались в желудке.

– Ты знаешь, как драконы находят свою пару? – спросил внезапно.

Девушка недоуменно уставилась на него. Кажется, они говорили совсем о другом. Причем тут драконы и пары?

– Они откликаются на зов родственной магии. Не важно, человек или дракон, но когда происходит первый выброс, его эхо, будто круги на воде, расходится по всему магическому эфиру. На тысячи лиг. Все драконы чувствуют это. Но если один из них услышит в нем свое имя, то все его существо ответит на этот зов.

Он резко замолк, продолжая прожигать девушку пугающим взглядом. Его тело было напряжено, словно Марген в любую минуту готов был сорваться с места или броситься в бой. Стиснутые добела челюсти, сжатые кулаки.

Юна невольно подалась назад, вжалась спиной в спинку кровати.

– Зачем ты говоришь мне все это? – пробормотала с тревогой. – Какое отношение…

– Твой первый выброс, – оборвал мужчина.