Мир обретённый

"

"Сначала Мэри подумала, что коленопреклонённые послесветы — её давние подопечные, но среди них ей не встретилось ни одного знакомого лица, да и было их всего душ сто. В то время, когда её так бесцеремонно выпихнули в живой мир, из которого она вернулась обратно благодаря помощи убившего её Милоса, в армии Мэри насчитывалась почти тысяча послесветов.

Мэри быстро догадалась, что озадаченные — это зелёныши, новички в Междумире, только что очнувшиеся от спячки. Но почему же они все проснулись одновременно? Без сомнения, произошло что-то из ряда вон выходящее.

— Благодарю вас за тёплый приём, — сказала Мэри, — но становиться на колени излишне. — Послесветы нерешительно поднялись. — А где остальные? — спросила она. — Где поезд?

Повисла тишина — никто не осмеливался ответить.

— Э... насчёт поезда...

Мэри оглянулась на голос и наконец увидела знакомое лицо.

— Джил!

— Привет, Мэри, — сказала та. — Э... Сколько лет, сколько зим?..

Мэри переступила через стенку гроба и, подойдя к Джил, с жаром пожала ей руку. Она знала, что Джил не любит сантиментов, но что с того? Тёплое приветствие ещё никогда никому не испортило дела.

— Как приятно снова видеть тебя, — сказала Мэри. — У меня столько вопросов!

— И у меня тоже! — крикнул один из только что проснувшихся зелёнышей. Другой послесвет, из «старожилов», съездил ему по плечу:

— Тихо! Прояви почтение к Восточной Ведьме!

«Восточная Ведьма?» — подумала Мэри. М-да, не совсем лестный титул, но если он обеспечивает ей столь глубокое уважение, то сойдёт и такой. Пока.

Рядом с Джил появился другой послесвет, и престранный: на бархатисто сияющей коже его мускулистого обнажённого торса проступали едва заметные пятна. Глаза у парня были не совсем человеческими, а на лице, там, где у других юношей его возраста начала бы пробиваться первая растительность, у этого послесвета росли кошачьи вибриссы. Мэри едва не расхохоталась, но вид у парня был слишком серьёзный — и она сдержалась.

— Джил, будь добра, представь меня своему другу.

Джил открыла рот, но пятнистый заговорил первым:

— Меня зовут Джикс. А тебе полагалось бы всё ещё спать.

— Что ж, — вежливо, насколько это было возможно в подобных обстоятельствах, ответила Мэри, — похоже, я всё-таки проснулась, не так ли?

— Я тебя ни в чём не обвиняю, только констатирую факт, — сказал Джикс. — Произошли некоторые изменения. Нам надо поговорить.

Мэри окинула странного юношу взглядом с головы до ног.

— Ты здесь вожак или что-то вроде талисмана?

Вопрос был задан не столько для того, чтобы унизить собеседника, сколько для того, чтобы проверить, насколько тот уверен в себе. Если взовьётся — значит, он слаб и им легко управлять.