Обретая любовь

 – Устремив взгляд на свои краски, она слегка нахмурилась, недоумевая по поводу его интонации: разве это плохо – избежать ранений и травм?

– Брандон не является моим фаворитом среди герцогского потомства, – проговорил Колин. – В отличие от тебя с твоими замечательными письмами. Случались моменты, когда я был на грани сумасшествия, и только твои истории меня спасали.

– Вы по-прежнему отлавливаете рабовладельческие суда? – спросила она, не найдя, к своему сожалению, более подходящей темы.

Колин уселся на траву рядом с ней.

– Да, Грейс, по-прежнему.

Они какое-то время помолчали, глядя на поверхность озера.

– И тебя все так же угнетает необходимость сражаться?

– Твои письма помогают.

– А ты не пробовал читать стихи? – поинтересовалась она. – Или даже писать? Возможно, это тоже поможет.

Он устремил на нее взгляд, от которого словно теплая волна прокатилась внутри.

– Ты переоцениваешь меня, милая Грейс. Я не так уж хорошо владею словом. Знаешь, я пытаюсь отвечать на твои письма, но сижу и ничего не могу придумать, потому что все это… – Он умолк.

– Если служба столь тягостна для тебя, – произнесла она после непродолжительной паузы, – не лучше ли подать в отставку?

Черты лица Колина стали более жесткими.

– Я не могу покинуть флот. Военно-морское ремесло – единственное, что соответствует моим способностям.

– Ты мог бы обучиться чему-то еще. Зачем заниматься тем, что вызывает у тебя отторжение?

На некоторое время вновь воцарилось молчание.

– Ты ведь действительно не любишь свою службу?

Колин ничего не сказал. Он так редко отвечал на письма Грейс, что она по нескольку раз перечитывала те скудные строчки, которые от него приходили. И ей казалось, будто его душевная мука протянулась, словно развернутое полотно, от берегов Африки до самой Англии.

– А твой друг Филипп Драммонд тоже питает отвращение к службе?

– Что за человек этот Филипп?

– Он более жизнерадостный, чем я. – Колин бросил на нее взгляд из-под полуопущенных ресниц. – Ему нравятся встряски. – Его слегка передернуло.

Грейс смотрела на него с состраданием.

– Колин, ты должен подать в отставку. Сэр Гриффин наверняка поможет тебе с этим.

– Нет, Грейс… Покинуть флот просто так, без весомой причины – значит, уронить свою честь.

– Бесчестье все равно лучше, чем смерть, – возразила она, взирая на свою подсыхающую кисть.

Снова последовало молчание, нарушаемое лишь плеском воды.

– Вокруг меня постоянно погибают люди, – произнес наконец Колин. – Один за другим, за исключением меня и Филиппа. Нас называют братьями-счастливчиками, потому что из всех передряг мы выходим без единой царапины. – Он вытянул перед собой обе ладони. – Ни единой царапины, Грейс.