Обретая любовь

Это в ее манере.

Колин закончил мытье, ощущая приподнятость во всем теле. Похоже, он совершенно напрасно так долго воздерживался от контактов с женщинами. И не помогал себе разрядиться вручную.

Ну да ладно… Зато сейчас он чувствует себя почти что счастливым.

Колин осторожно выбрался из ванны, прошел к кровати и нащупал полотенце, оставленное ординарцем. Пять минут спустя он был полностью одет. Экерли не возвращался, но Колину было уже невтерпеж сидеть сиднем в этой комнате. Наверное, на него так действовал воздух родной Англии. Ему хотелось выйти наружу и прогуляться, пусть даже его будет водить из стороны в сторону, словно пьяную корову.

Возможно, кто-нибудь из попавшихся навстречу проводит его на конюшню. Колин с детства мечтал произвести впечатление на своего приемного отца блестящей флотской карьерой и никогда не обращал особого внимания на лошадей. Однако в последние годы, будучи на берегу, стал проводить немало времени в конюшнях.

В прикосновении лошадиного носа, в том, как эти животные спокойно жуют сено, в терпком запахе стойла было нечто такое, что помогало отбросить тяжкие воспоминания туда, где им и надлежало оставаться. В прошлое…

Колин медленно спустился по узкой деревянной лестнице, держась одной рукой за перила, а ладонью другой скользя по стене. Оказавшись внизу, он ощутил перед собой пустое пространство – вероятно, длинный коридор, ведущий наружу, поскольку его лица коснулось дуновение ветра. Еще он услышал гул голосов и уловил хмельной запах эля. Должно быть, где-то рядом находился питейный зал.

Колин хотел уже двинуться к выходу на двор, когда в коридоре послышалась чья-то тяжелая поступь. На пару секунд вошедший остановился, после чего, ускорив шаг, приблизился к нему.

– Мое почтение, капитан Берри. Меня зовут Топпер, я содержатель этого постоялого двора. Вы, должно быть, проголодались?

– Добрый день, мистер Топпер, – отозвался Колин. – Вы не могли бы направить ко мне моего ординарца? Как видите, на данный момент я испытываю некоторые затруднения при самостоятельном передвижении.

– Я как раз собирался вам кое о чем сообщить, – с ноткой скорби в голосе проговорил трактирщик. – Минут двадцать назад служанка вашей жены упала и, похоже, сломала руку. Мы отправили несчастную девушку вместе с вашим ординарцем в Андовер, к доктору Стритену – он единственный костоправ в наших краях. До Андовера довольно далеко, так что им придется там заночевать.

– Моя жена?.. – удивленно произнес Колин.

– Да нет, служанка вашей жены, – повторил трактирщик. – Если бы такое, не дай бог, случилось с вашей супругой, я бы сразу же вам сообщил.