Марш обреченных

Куда девать прикажете?

– Гони их на опознание. Военные билеты изъял?

– Что за вопрос? Конечно!

– Давай сюда.

Капитан Стельмах раскладывает перед нами на столе шесть однотипных удостоверений воинской личности.

– Младший сержант Круглов, – начинаю читать я, – младший сержант Палагнюк, сержант Дыркин, младший сержант Сухорук.

Стоп! Еще раз! Младший сержант Сухорук Георгий Олегович."

"Видимо, глаза мои становятся неестественно большими, поскольку Стрельцов смотрит на меня с плохо скрываемым интересом. Я молча протягиваю ему документ. Андрей быстро пробегает четкие официальные строки, и мне тут же становится ясно, как, должно быть, выглядело мое лицо минуту назад.

«Сын?» – озадаченным взглядом спрашивает он.

«Именно», – киваю я.

– Послушай, капитан. Приведи-ка сюда вот этого. Остальных можешь отпустить, – говорю я.

– Неужели нашли?! – заметно оживляется Стельмах.

– Нашли. Правда, не совсем то, что искали, но нашли. Приведи парня, и вот ещё что… скорее всего, по твоей разработке, он ни в чем не виноват, так что сам понимаешь.

– Хорошо, сделаем, – грустнеет капитан, понимая, что его работа далеко не закончена.

Младший сержант внутренних войск в краповом берете, с черной эмблемой, на которой серебряный орел сжимает в когтях обнаженный меч[39], угрюмо входит в комнату. Софринская бригада – спецназ внутренних войск и, по всему видно, что парень в неё попал отнюдь не по знакомству. Пара милиционеров, сопровождающих Сухорука, поглядывает на него с явной опаской.

– Все, ребята, вы свободны, – отсылаю я конвой.

– Проходи, Георгий. Вот твой военный билет.

Младший сержант смотрит на меня с некоторым подозрением.

– Андрей Владимирович, ты тут сам управишься? – обращаюсь я к Стрельцову, отставляя в сторону недопитый чай.

– Надеюсь, – кивает он.

– Вот и славно. Тогда мы с Георгием Олеговичем пойдем немного прогуляемся. Вечером свяжемся. Идет?

– Идет, Александр Васильевич.

– Тогда успехов… – я поднимаю руку в приветственно-прощальном жесте. Успехи теперь действительно ожидаются.

Мы спускаемся по лестнице. Стельмах стоит у входной двери с парой своих подчиненных и о чем-то оживленно переговаривается с ними, дымя сигаретой.

– Ну что, майор, все в порядке?

– В какой-то мере, да. Но, скорее, по моему расследованию, чем по твоему. Сержант к вчерашнему ограблению не причастен – это я тебе говорю со всей ответственностью.

– Забираешь его с собой? – интересуется он, глядя на моего спутника.

– Обязательно, – заверяю я его.

– Может сопровождающего дать? – капитан вопросительно смотрит на широкоплечего вэвэшника.

– Обойдемся как-нибудь. Но за предложение спасибо.

На улице пусто. Даже моторизованные топтуны куда-то подевались.