Обреченные стать пеплом

– Разве ты меня не помнишь? – продолжал настаивать парень.

– Да… Помню. Майкл Прайд! Конечно! – я решила отыграть так, будто вдруг и вправду вспомнила его, но на самом деле я помнила этого человека лишь по фотографиям баскетбольной команды Джереми – этот блондин всегда стоял позади брата с широкой и даже привлекательной улыбкой на лице.

– Я?.. – я обернулась к одному из сопровождающих меня телохранителей, стоящему справа от меня, тем самым окончательно повернувшись спиной к Риорданам. – Какие у нас места? – приглушённо поинтересовалась я, но, боюсь, меня услышали все.

– Первый ряд, с девятого по двенадцатое места, – продемонстрировал хорошую память мужчина.

– У меня тринадцатое место, как насчёт того, чтобы сесть рядом? – неожиданно поинтересовался Майкл. – Моя жена, к сожалению, не смогла прийти на матч, так что пришлось идти с сыном, – он кивнул куда-то вниз, и я вдруг заметила стоящего рядом с ним мальчика лет двух. Сердце внезапно кольнуло: если бы Джереми не погиб в той злосчастной аварии, у него уже мог бы быть сын… – Составишь нам компанию?

…Не помню, как я согласилась составить кому-то компанию, не помню, как дошла до своего места, не помню, как опустилась в кресло, как и не помню последующие десять минут, остававшиеся до начала матча. Единственное, что я в итоге помнила из того временного отрезка – это пронизывающий меня насквозь взгляд Дариана. Ощущение было такое, будто где-то позади меня сидит человек, и одним лишь своим зорким взглядом, словно острой раскалённой спицей, пронзает каждый сантиметр моей кожи, и боль от этого действа настолько невыносима, что начинаешь сходить с ума и, в итоге, не замечаешь, как впадаешь в прострацию…

Я пришла в себя в момент, когда трибуны взорвались от фанатичных людских воплей, провозгласивших начало матча. И сразу же поняла, что хочу сдохнуть здесь и сейчас, пока моё тело всё ещё достаточно онемевшее, чтобы не чувствовать физической боли.

Два тайма по сорок пять минут, между таймами пятнадцать минут перерыва, плюс возможная компенсация потерянного времени, штрафного времени, и никто не отменял пенальти…

Меня ожидал самый длинный футбольный матч за всю историю моей жизни.

Больше всего я боялась перерыва. Первый тайм был сыгран вничью со счётом два-два. Когда же прозвучал звонок, ознаменовавший перерыв, я едва не обомлела от ужаса перед тем, что Дариан может изъявить желание ко мне подойти. Помощь пришла откуда не ожидалась – сын Майкла Прайда пролил на отца полбутылки сладкой газировки. С моего разрешения вручив мне в руки своё ревущее чадо, Майкл ретировался в уборную. Так вокруг меня мгновенно создалась тусовка из взрослых мужиков, охранников Робина, пытающихся развлечь ребёнка, за которого я держалась, словно за спасательный круг.