Обращаться с осторожностью

Мы заселились в «Вестин», заказали еду в номер и смотрели по три слезливых фильма за раз, пока не поняли, что не можем разлепить глаз.

Пайпер за все заплатила. Она всегда угощала меня ланчем, кофе или напитками в «Пещере Макси». Когда я порывалась заплатить свою часть, она отмахивалась. «Я достаточно везучая, чтобы позволить себе это», — говорила она, и мы обе понимали, что я как раз не очень везучая.

— Истец когда-нибудь в разговорах обвиняла вас в рождении ее дочери?

— Нет, — сказала Пайпер. — На самом деле за неделю до иска мы вместе ходили по магазинам.

Мы с Пайпер мерили одинаковую красную блузку в перерыве между покупками для Эммы и Амелии, и я с потрясением увидела, что она смотрится хорошо на нас обеих. «Давай купим одинаковые, — предложила Пайпер. — Можем носить их дома, заодно проверим, различают ли нас мужья».

— Доктор Риис, как этот иск отразился на вашей жизни? — спросил Букер.

Она расправила плечи. Стулья тут были не очень удобными, врезались в спину, вызывали желание сбежать.

— Раньше на меня не подавали в суд, — сказала Пайпер. — Это первый раз. Я усомнилась в себе, хотя знаю, что не сделала ничего плохого. С момента иска я не практикую. Каждый раз, когда я пытаюсь сесть в седло… лошадь убегает прочь. Я понимаю, что, даже если ты хороший врач, плохое случается. То, чего никто не хочет и не может объяснить. — Она посмотрела прямо на меня, так пронзительно, что по позвоночнику пробежал холодок. — Я скучаю по своей профессии, но не так сильно, как по лучшей подруге.

— Марин… — прошептала я, и мой юрист повернулась ко мне. — Не надо.

— Не надо делать для нее все еще хуже.

Марин изогнула бровь.

— Вы, наверное, шутите, — пробормотала Марин.

— Свидетель ваш, — сказал Букер, и она поднялась на ноги.

— Разве не является нарушением медицинской этики лечить того, кого знаешь лично? — спросила Марин.

— Не в таком городке, как Бэнктон, — ответила Пайпер. — Иначе у меня бы не было пациентов. Как только я поняла, что есть осложнение, я отступила.

— Потому что знали, что вас тогда не станут винить?

— Нет. Потому что так было правильно.

Марин пожала плечами:

— Если так было правильно, почему вы не вызвали специалиста, когда увидели осложнение на УЗИ восемнадцатой недели?

— Во время того УЗИ не было осложнений, — возразила Пайпер.

— Эксперты сказали иначе. Вы слышали доктора Тербера, который утверждает, что стандартная процедура после такого снимка, как у Шарлотты, — это проведение как минимум повторного УЗИ.

— Это мнение доктора Тербера. При всем моем уважении, я не согласна.