Весеннее обострение

Получается, Каро подбил этих двоих с нами в Нижний мир отправляться? В таком случае Пардок, это молчаливое книжное дитя, что здесь делает? И что же все-таки за штука у него в руках?

— Люди… и гномы, вы с ума посходили что ли? Только не говорите мне, что Каро, этот сыскарь недобитый, убедил вас в Нижний мир идти!

— А нас не надо было убеждать, — жизнерадостно изрек Пардок, бережно баюкая штучку эту свою. — Мы и сами думали — где бы наше новое изделие испытать?

— А что это? — осторожно спросил я.

Это же надо обладать очень и очень буйным воображением, чтобы представить себе, что могут изготовить, собравшись вместе, изобретательный гном, книжный мальчик и пришелец из другого мира.

— Это оружие, — гордо объяснил Горнорыл.

— Огнемет, — уточнил Коля.

— Николай мне рассказал принцип действия, я чертежи сделал, а дядя Горнорыл изготовить помог, — поведал Пардок.

— Ну, так идите вон в саду испытайте, а с нами не надо, — слабо и неубедительно возразил я.

— Это была бы знатная пакость, — Горнорыл заухмылялся, — Вальдор оценил бы. Но я не хочу, чтобы Аннет расстроилась, обнаружив, что чудесная архитектура ее сада нарушена лишней дорожкой. К тому же выжженной и украшенной всякой жареной живностью, которая не успела убраться с пути.

Да, дядька Горнорыл иногда так цветисто выражается, что у меня аж челюсть отваливается, и я потом еще долго соображаю — что же он сказать-то хотел? В чем суть этого словесного извержения?

— Эта штука стреляет огнем? — уточнил я.

— Лин, я же сказал, это называется огнемет. Чем, по-твоему, может стрелять огнемет? — поучительно изрек Коля.

— И каков радиус действия? — заинтересовалась Саффа и даже подошла к Пардоку, чтобы потрогать штуковину эту.

Наш книжный принц едва не лопнул от гордости, когда отвечал:

— Мы не уверены, но метров десять точно должно быть.

— А что же вы все сломя голову решили в Нижний мир? Может быть один кто-то? Или давайте я сам ваш огнемет этот испытаю? — предложил я.

Эти три товарища тут же мне бурно и громко возразили. Мол, они старались, работали, а радость от испытания кому-то одному достанется, а то и вовсе мне — человеку, который участия в создании этого шедевра не принимал.

— И вообще, твои родители — мои друзья, я обязан им помочь! — рявкнул Горонорыл и многозначительно махнул секирой перед моим носом.

— Иоханна моя племянница! — пискнул Пардок.

— А я почти женат на его матери! — в запале подхватил Николай, ткнув пальцем в сторону Пардока.

Да уж. Объяснение Коли было самым оригинальным из всех. Правда он тут же опомнился и подкорректировал:

— Иоханна мне не чужая, да и Дульсинея тоже. Мы же с ней, получается, земляки.