Обещания и Гранаты

 — И не веди себя так, как будто ты не пела последний сингл Эйдена Джеймса еще на прошлой неделе. Знаешь, я слышу тебя в душе.

Мы расправляемся с яйцами, обильным количеством бекона из индейки и бесконечными бокалами игристого сидра, прежде чем кое-кто не вспоминает маму.

— Вы, ребята, сказали, что она была подавлена, — говорю я, указывая на Ариану вилкой. — Что она хотела, чтобы я вернулась домой.

Ари пожимает плечами, откусывая кусочек датского сыра. — Так и было, клянусь. Бывали дни, когда она даже не выходила из своей комнаты. Не знаю, почему она так грубо вела себя прошлым вечером.

— Может быть, она ревнует (п.п.: здесь и ранее в тексте используется «jealous», что в с англ. может означать как завидовать, так и ревновать), — говорит Стелла, пожимая костлявыми плечами.

Уже второй раз, когда кто-то высказывает подобное предположение за последние двадцать четыре часа, и мне не нравится, что все, кажется, улавливают что-то совершенно невидимое для меня.

— Не знаю. — Стелла щурится на меня сквозь очки, поджимая губы. — Из-за твоего выбора, полагаю? Ты знаешь, какая мама; теперь представь, что ты застряла в жизни из-за того, кем является твоя семья, и никогда из нее не выберешься. Как только ты застряла, ты застряла.

— Мы все застряли в этой жизни, — говорю я.

— Разве? — Стелла берет свои очки, надвигая их на линию роста волос. — Не ты ли провела последние несколько месяцев на острове, полностью удаленном от любой семейной драмы где твой невероятно опасный, тревожно красивый муж угощал тебя вином и едой?

Нахмурившись, я ковыряюсь в остатках яиц.

— Это не было похоже на то, что я взяла отпуск. Я…

Замолкая, я понимаю, что мои сестры технически не знают всех подробностей причин моего брака с Кэлом. И я не совсем уверена, что сказали им наши родители, поэтому решаю прояснить ситуацию раз и навсегда, надеясь, что это избавит меня от огромного груза, давящего на грудь.

— Кто-то записал нас с Кэлом в первый раз, когда мы переспали.

— Первый подразумевает, что был второй, и третий, и…

Стелла обнимает Ари за шею, зажимая ей рот ладонью.

— Мы уже знаем об этом. Папа, не теряя времени, рассказал всем, как Кэл соблазнил тебя. Не то чтобы ты нуждалась в сочувствии в глазах общественности, будучи похищенной и все такое.

Раздражение вспыхивает у меня внутри, но я игнорирую его, откладывая вилку.

— Ладно, хорошо. Люди, которые засняли нас, шантажировали папу и Кэла, и они хотели, чтобы я вышла замуж за Кэла… Я полагаю.

Моргая, я опускаю взгляд на золотую скатерть, покрывающую стол, понимая, что мои собственные детали на оптике размыты.

Избавляясь от жуткого чувства, продолжаю:

— Как бы то ни было, я не знаю точных подробностей, но суть в том, что кто-то вынудил нас обоих вступить в брак.