Обещания и Гранаты

Обычно у меня нет особого желания причинять вред; для меня это всегда было скорее необходимостью, способом поддерживать определенный уровень уважения среди моих сверстников и в течение долгого времени единственным источником дохода и связей.

Я не люблю легкомысленно отнимать жизни. Это похоже на жульничество.

Я хочу, чтобы люди заслужили свою смерть от моих рук. Это делает их мольбы о пощаде гораздо более приятными, когда им отказывают.

И хотя Кармен определенно заслужила свое место в Аду, по крайней мере, по моему мнению, на самом деле у меня нет причин уничтожать ее.

Неважно, как сильно мои кости болят из-за этого шанса.

— Она бы просила, — говорю я ей, уголки моих губ приподнимаются. — Пара скачков на моем члене, и она бы совсем забыла о своей холодной, мстительной сучке матери.

Кармен только ухмыляется, и этот жест приводит меня в бешенство. Мои волосы встают дыбом, жар прокатывается по моей спине, как огонь по травянистому полю, в то время как желание обхватить пальцами ее горло и сжимать до тех пор, пока ее глаза не вылезут из орбит, становится немного подавляющим.

Я щипаю себя за бедро, пытаясь успокоить кровь, напоминая себе, что она просто делает все это нарочно.

— Ты не сказал ей, не так ли? — спрашивает она, выгибая бровь. — Я отдаю тебе должное, она очень податливая девушка. Нетерпеливая и готовая, такой ее воспитал Рафаэль. Но я не думаю, что она простила бы тебя за то, что ты спал с ее матерью.

— Скажешь ей, и я перережу твою гребаную глотку.

Прищелкнув языком, Кармен отворачивается и возвращается к креслу. Она берет свой бокал с вином, делает большой глоток, садится и снова скрещивает ноги.

— Как бы я ни была уверена, что тебе бы этого хотелось, мы оба знаем, что ты этого не сделаешь. Я знаю этот взгляд твоих глаз, Кэллум. Ты заботишься о Елене. Более того, тебе небезразлично, что она о тебе думает, и я знаю, мы оба знаем, что из чего-то подобного пути назад нет.

Когда я ничего не говорю, чтобы опровергнуть сказанное, зная, что она все равно просто исказит мои слова, она смеется, запрокидывая голову, как будто все это какая-то большая гребаная шутка.

— Ну, — говорит она, делая еще один глоток и вытирая рот тыльной стороной ладони. — Тогда, думаю, тебе лучше добраться до нее раньше меня.

Я обдумываю последовательность убийства Кармен Риччи тремя разными способами, прежде чем выхожу из ее дома, намереваясь найти Елену. Она устроилась на заднем сиденье внедорожника, бесцельно листает свой телефон и жалуется Марселине на свою мать.

Окно приоткрыто, возможно, для того, чтобы проветрить салон после кратковременного дождя, и останавливаюсь, прежде чем открыть дверь, тихо прислушиваясь.