Объект 217

Пленки хватает? – проявил заботу майор. – А то у нас утром оказия в Москву. Заехали бы в редакцию, потрясли вашего Остапыча…"

"– Кузьмича, – поправил капитан. Теперь он переглянулся с Ниной и заторопился, уловив, что контрразведчик прощупывает их на вшивость. – Нет, спасибо. Пленки хватит, экономим. До свидания.

– До свидания, – протянула жеманно ладошку лодочкой, по-киношному, Нина.

Лейтенанту лишь кивнули и вышли. Соболь прошмыгнул за ними к двери, убедился, что командированные не остались подслушивать с той стороны входа.

– Видите? Они сами все рассказали – и про два дня, и…

Майор не разделил радости молодого офицера. Снял фуражку, потный лоб вытер ладонью, а мокрый ободок головного убора – платком. В очередной раз назидательно поучил:

– В разведке не слушают, когда враг говорит. Слушают, когда он проговаривается. Входите!

Когда он услышал стук, для Соболя осталось загадкой, но в землянку ординарец ввел связанных Кручиню и Полину. Они настороженно посмотрели на офицеров, но майор дал знак бойцу – развязать. Не вдаваясь в подробности и объяснения и словно призывая не делать подобного и им, сообщил:

– Свободны. До темноты чтобы добрались до своих мест. Языки не распускать, если не хотите снова оказаться у нас.

– А ежели… – попробовал все же что-то важное для себя выяснить Кручиня.

– Я сказал – языки не распускать! – повторил для особо непонятливых начальник контрразведки. – А Семку все же возьми и на свою совесть.

Подал нож. Поникший Кручиня недоверчиво принял его, по лагерной привычке спрятал в рукав. Освобождения ждали, в объективное разбирательство верилось, но когда объявляют о невиновности, первыми почему-то перестают слушаться ноги. Тем не менее, пропустив Полину вперед и принимая на свою спину сверлящие взгляды контрразведчиков, бывший зэк тоже вышел в ослепительное, вышибающее слезу солнце.

Соболь, натужно улыбаясь, пожелал вдогонку:

– Доброй дороги… Ох, не верю я им, товарищ майор. Гады они. До конца не верю.

– И правильно делаешь, – впервые неожиданно легко согласился Врагов. Не посчитал за труд пояснить свое решение. – Мальками займемся позже. Тебе где надо быть?

Лейтенант взял под козырек:

– В бригаде Прохоровой, раз корреспонденты там…

Майор демонстративно посмотрел на букет в гильзе:

– Там, я полагаю, не только корреспонденты. Но глаз не спускать с них.

Зазвонил полевой телефон, и майор жестом задержал лейтенанта: вдруг поступит какое-нибудь новое указание. По тому, что начальник непроизвольно принял стойку «смирно» перед телефоном, было видно: звонила Москва.

– Да… Но люди и так на пределе, почти 90 километров за месяц… Понимаю. Есть!

Положив трубку, прошел к «печной» занавеске, раздвинул ее синий горошек.