Перри Мейсон: Дело об одноглазой свидетельнице. Дело о сбежавшем трупе

Я расскажу вам, как я сам представляю события последних дней.

— Я вас слушаю.

— Я думаю, что это вы звонили мне в «Золотой гусь», я думаю, что вы дали мне поручение…

Она медленно покачала головой и попыталась его перебить."

"— Дайте мне, пожалуйста, закончить, — твердо сказал Мейсон. — Я думаю, что вы послали мне деньги — все деньги, которые откладывали на черный день. Я думаю, что черный день для вас наступил. Я думаю, что ваш муж каким-то образом узнал о том, что вы сделали, и на следующее утро вместо того, чтобы сесть в автобус на Сакраменто, как вы планировали, у вас началось выяснение отношений с мужем. Я думаю, что вы испугались и заперлись от него в спальне. Я думаю, что ваш муж в конце концов убедил вас открыть дверь, и я думаю, что он попытался вас задушить. У вас был нож, и вы его этим ножом пырнули, пытаясь защититься. Это была самооборона. Потом, как я думаю, вы запаниковали. Вы поняли, что газетная шумиха затруднит жизнь вам и вашему сыну, и попытались сфабриковать алиби. Изначально вы собирались ехать автобусом, который отправляется в восемь сорок пять утра, вы знали, что ваша мать ждет вашего прибытия именно этим рейсом, и вы решили, что если вы сможете каким-то образом оказаться в этом автобусе и на нем приехать в Сакраменто, то все будет в порядке. Как видите, я думаю, что вы убили мужа, но это не было умышленное убийство. Я думаю, что это была самооборона. Но вы сами поставили себя в трудное положение, придумав версию, в которую никто не поверит. Вот так я представляю это дело.

Миртл Фарго снова покачала головой.

— Все так и происходило? — уточнил Мейсон.

— Мистер Мейсон, я… — Она не встречалась с ним глазами. — Как бы мне хотелось… О, если бы я посмела вам сказать…

— Чего вы боитесь? — не понял Мейсон. — Все, что вы говорите адвокату, говорится в конфиденциальном порядке. Ну, скажите, миссис Фарго, я правильно все угадал?

— Я… Нет.

— Нет?

— Нет.

— Так как все происходило?

— Я сказала вам чистую правду. Я все время говорила правду. Я уехала на этом…

— Значит, вы не убивали вашего мужа, пытаясь защититься?

— Нет.

— Почему вы не хотите признаться, что звонили мне в «Золотой гусь» и…

— Я не звонила!

— Вы создаете мне дополнительные трудности в работе, — заметил Мейсон.

— Я рассказала вам все что могла.

— Хорошо, я все равно буду вас представлять, — заявил Мейсон. — Но я хочу, чтобы вы поняли одну вещь.

— Какую?

— Если я возьмусь за ваше дело, я буду пытаться добиться вашего оправдания.

— Это же естественно.

— Но никакие присяжные на этой земле не поверят в ту историю, которую вы рассказали.

— Мне очень жаль. Я ничего не могу с этим поделать.

— Поэтому я намерен предложить присяжным версию, в которую они должны поверить, — заявил Мейсон.