Media Sapiens. Повесть о третьем сроке

– Слушай, ну про «Зевс» я вроде слышал. Но с «Альфой» мне что-то стремновато связываться. Может, ну его на хуй? Как проверить-то?

– А ты завтра с утра, часов в десять, пришли своих фотографов к офисам «Зевса» и «Альфы». Если толпу народа не заметишь, считай, что я ошибся. А если заметишь – садись и пиши статью о крахе «Зевса» и «Альфы». А я тебя по выходу материала поддержу своей медийкой по полной. Мне нужен «Зевс», а тебе исторический материал по поводу кризиса, согласен?

– Ну… типа того… а у нас виски ещё осталось?

– Говно вопрос, – я прикидываюсь совершенно пьяным и кричу официанту: – Человек! Человек, виски кончилось. Ещё пятьсот.

– Антох, а Антох. А если на газету «Альфа» наедет после материала? Или «Зевс»?

– Братишка… «Зевса» через два дня после выхода твоего материала и работы моих ресурсов не будет как структуры. Понимаешь? Не будет. Он обанкротится. И «Альфа», скорее всего. Даже если с «Альфой» ничего не случится, проблем не будет. Мы же не сами работаем, а по правительственному заказу, врубаешься? Тебе ещё грамоту пришлют правительственную. И, кстати, твой гонорар за статью – пятёрка евро.

– Евро? – Костя, как мне показалось, даже протрезвел, – а почему евро?

– Мы же Европа почти, правда?

– Информация проверенная?

– А вот завтра пришлёшь фотографов к офисам этих банков и проверишь. Наливай.

После того, как мы выпили по сто граммов, я решил, что дальнейшие возлияния могут привести к тому, что Костя завтра с утра попросту не сможет воспроизвести в памяти наш сегодняшний диалог. Я попросил счёт, Костя стал упорствовать, и мне пришлось включить программу «заботливый старый товарищ, тоже бухой в говно». После всех моих «брат, нам хватит», «завтра ещё работать», «я тебя прошу, как друга», «надо беречь себя – ты звезда журналистики», «не последний раз» и «я уже рассчитался, пошли» мне удалось вывести Угольникова на улицу. Там мы ещё продолжительное время обнимались и целовались, в итоге я загрузил пьяного Угольникова в машину и довёз до его дома. Судя по тому, что последние двадцать минут дороги он не блевал, наоборот, сокрушался по поводу «как же они, суки банковские, так лихо рынок скрутили» и рассказывал мне теорию взаимосвязи мировых финансовых кризисов, операция прошла успешно.

Часов в шесть вечера, приехав домой в весьма нетрезвом виде, я долго бродил по квартире, натыкаясь на дверные косяки, углы и бытовую технику. В какой-то момент я зашёл в гостиную и зачем-то лёг на пол. Минут десять я таращился в потолок, пока мне не показалось, что прямо на меня падает люстра. Тогда я вынул из кармана мобильный и набрал Генку Орлова:

– Алё, Ген, ты не спишь?

– Спишь? Какой на хер спишь, время половина седьмого вечера.

– Да? Ахуительно как… а я думал… Слушай Гена… тут такая ситуация нарисовалась.