Фея придёт под новый год

Ванесса только покачала головой и принялась уничтожать крем из миндального молока, Нейтон нахмурился, но промолчал, а Эйбел хмыкнул и сразу же заявил невинно:

— Я тут ни при чем, если что.

Младшие и вовсе ничего не поняли, а господин Тодеу…

Под его взглядом Черити испуганно притихла, но в это время её отец сказал:

— Спасибо, что успокоила. Конечно, никакие тролли нам не страшны, когда у нас такое… оружие, — и тут он посмотрел на меня.

Только что мне было невообразимо смешно, а сейчас я готова была сгореть со стыда. Джоджо предупреждала меня насчет Черити и была права — язык у этой девчонки был страшнее кинжала из-за угла. Нельзя было говорить при ней никаких двусмысленностей.

— Можете идти, Элизабет, — разрешил господин де Синд, и я, поспешно поклонившись, убежала прятаться в кухню.

О чем он там собирался поговорить со мной? И о чем будет теперь говорить? Расспросит дочь, вызнает, чьи слова она повторяла, и будет читать нотации мне? Как его сестричка?

Ой…

Я решила не волноваться раньше времени. Тем более — ничего такого уж страшного не случилось. Да вообще ничего страшного не случилось.

Сидя за столом вместе с Джоджо и Логаном, я не могла проглотить ни кусочка, хотя набегалась за день и должна была быть голодна. Но вот господа поели, зазвенел колокольчик, указывая, что прислуге пора унести грязную посуду, и я отправилась наверх с подносом.

Когда же мне заглянуть к господину де Синду? Сразу или убрать сначала со стола? А если пока я буду убираться и мыть посуду, хозяин дома уже ляжет спать?

От мучений выбора меня избавил сам их виновник. Едва я поднялась на второй этаж, как увидела хозяина, который стоял на пороге кабинета и явно поджидал меня.

— Зайдите на минуту, — пригласил он, и я вошла в его комнату, держа перед собой поднос, как щит. — Хотел вас попросить…

Мне стало и жарко, и холодно одновременно.

«Если я попрошу, вы меня полюбите?», — прозвучало в моей голове колокольным звоном, и сразу потемнело в глазах, и пол закачался, как палуба «Звезды морей».

— Вернее, спросить, — теперь в голосе де Синда послышалась насмешка.

Неужели, заметил, как меня закачало на волнах… На волнах чего?.. И с чего это — закачало? Надо было поесть, Миэль. Ты голодна — вот тебя и штормит…

— Если вы о выходке Черити… — опередила я де Синда, стараясь говорить спокойно и уверенно, хотя это удавалось мне с огромным трудом. Палуба… вернее — пол, продолжал колыхаться, уши горели, да и щёки тоже. — Клянусь, я не хотела ничего дурного. Вернее, здесь и нет ничего дурного. Это была шутка.

— Подождите, Элизабет. Не волнуйтесь, — на плечо мне легла тяжелая и горячая рука — горячая даже через ткань моей кофты, и я уставилась на эту руку почти с ужасом.