Фея придёт под новый год

— Вы уверены?

— Совершенно!

— Тогда вспомните мадам Хизер! — выпалила я, — и подумайте — хотите ли такой судьбы для своей дочери? Ваша дочь — прекрасная девушка, она заслуживает большего, чем быть проданной ради денег и связей.

— Я не собирался продавать свою дочь, — он оставил метания по комнате и теперь смотрел на меня, грозно сверкая глазами.

— А похоже именно на продажу! Почему вы так не доверяете своей дочери?

— Она молода и ничего не понимает в жизни.

— Вы удивитесь, — сказала я, — но она всё понимает. И понимает, что вы подозрительны к женщинам, потому что вам пару раз пришлось обжечься.

— Это Ванесса разоткровенничалась с вами? — спросил он, помедлив. — Вы точно человеческая женщина, сударыня Элизабет? Или сродни феям небесным?

— Что вы такое говорите? — пробормотала я.

— Насколько я помню, — он потёр подбородок, изображая замешательство, — моя дочь вас терпеть не могла. Скажу даже больше, когда я разговаривал с ней в последний раз, она при одном упоминании вашего имени чуть в трубу не вылетала. Как вы её очаровали? Наобещали, что поможете бежать с Бертом?

— Я никогда бы не посоветовала ей ничего подобного! — гневно ответила я. — Никогда не сделала бы ничего за вашей спиной! Почему вы оскорбляете меня? Почему…

Он оказался рядом быстрее, чем я договорила. И его рука — твёрдая, мозолистая, горячая — коснулась моего лица, погладила мою щёку."

"— Но я только что застал вас, когда вы умышляли что-то за моей спиной, — произнёс господин Тодеу, и теперь львиное рыканье в его голосе больше напоминало мурлыканье большого, но очень добродушного кота. — Признавайтесь, какие злые мысли одолевали вас, когда вы смотрели мне в спину?

— Что?.. — растерялась я.

Какие мысли? При чем тут — умышляла? Мы ведь говорили про Ванессу…

— Молчите? — господин Тодеу взял меня пальцем под подбородок, заставляя поднять голову. — Тогда, может, я расскажу? Какие мысли одолевали меня?

— Вряд ли стоит говорить об этом, — быстро ответила я, а сама уже закрывала глаза, понимая, что сейчас произойдёт.

Он поцеловал меня сначала осторожно и нежно, будто спрашивая разрешения. И я разрешила. Потому что мне очень хотелось попробовать на вкус его поцелуй. Я вдруг поняла, что очень давно мечтала об этом. Когда же такая мечта посетила меня в первый раз?..

Вкус поцелуя был сродни вкусу имбирного печенья — сладкий и терпкий, когда попробовав кусочек невозможно остановиться, и хочется ещё и ещё…

И я получила ещё кусочек этого волшебного лакомства, и ещё… Никогда я не думала, что мужские губы могут дарить такие сладостные ощущения. А может, дело не в губах, а в том, кто целует?..