Фея придёт под новый год

Господин Берт поступил подло по отношению к Ванессе, у него ни гроша в кармане, и он понятия не имеет, в какое чудовище может превратиться хорошенькая девица, которой не на что будет купить десять ярдов кружев или двадцать ярдов шелка на новое платье.

— Деньги не главное, — возразила я. — Вы можете взять мастера Берта на работу и назначить ему жалование.

— Ни за что, — отрезал он. — Я уже видел, как он относится к своим рабочим обязанностям. Испытание на профессионализм мастер Берт не прошел. А профессионалы в любовных делах мне на пристани без надобности.

— Это Ванесса поцеловала его, — я решилась открыть тайну. — Он не поступал подло, он и правда очень любит вашу дочь.

— Откуда вы знаете? — повысил он голос. — Начитались любовных романов и верите мужчинам на слово. А вот не надо верить, сударыня Элизабет. Мужчины очень часто лгут. Особенно когда на них смотрят такие прекрасные глаза… — тут он замолчал и встал вполоборота. — Считайте, что вы постарались, но миссию провалили. В субботу Ванесса отправляется в монастырь, мастер Берт пусть подыскивает другую невесту. Передайте ему, что ещё один взгляд в сторону моей дочери — и смотреть ему будет нечем.

— Начнем с того, что я вряд ли увижусь с мастером Бертом, — сказала я твёрдо. — Я встретила его на улице случайно, и он показался мне абсолютно искренним. Я разбираюсь в людях, господин Десинд. Можете не верить, можете смеяться, но я разбираюсь. Этан Берт — хороший человек. Так же… — я глубоко вздохнула и закончила: — так же, как и вы. И я не верю, что во время вашего романа с госпожой Хизер… — тут мне понадобился ещё один вздох, — вы не целовались тайком от её строгого отца.

— Что-то я не понял, откуда вы узнали про Хизер? — господин Тодеу подошёл ко мне почти вплотную и наклонился, заглядывая в лицо. — Не замечал в вас интереса к сплетням. Я ошибся?

— Мне жаль, если я вас разочарую, — я вскинула подбородок, — но я ещё и подслушивала. На маскараде, когда вы вместе с госпожой де Монтальви предавались воспоминаниям о юности. В зимнем саду.

— Вот так пресноводный моллюск! — рыкнул господин Тодеу и запустил пятерню в волосы, заходив по комнате. — Значит, стояли там, всё слышали, а потом промолчали?

Я не совсем поняла, что его больше возмутило — что я подслушала разговор с бывшей любовью или что потом не призналась ему в этом. Простите, а чего он ждал? Чтобы я устроила ему сцену ревности? С какой бы стати?

— Речь не об этом, — продолжала я, призвав на помощь всё своё красноречие. — Речь о Ванессе.

— Всё, что я делаю — ради её блага! — заявил он.