Новая жизнь тихой Аннушки

Распахнула двери и заголосила со слезами в голосе:

– Родненькие мои!

В ответ что-то упало, причем неоднократно, а затем поднялся нестройный вой в ответ:

– Матушка! Пресвятая Дева позволила свидеться! Радость-то какая!

И вся куча-мала застряла в дверях. На тетку Ванду навалились три девицы, поверх рослый мужик обнимал и девиц, и тетку, а под ногами на четвереньках ползали еще двое детей. Надо ждать, пока слезоразлив поутихнет.

Плакали, причитали, обнимались. Пока не спохватились.

– Что мы в дверях-то тебя держим, будто в дом не пускаем?

И пробка из людей втянулась внутрь. Ну и я за ними.

Дом представлял собой одну большую комнату, разделенную печью на две части. В одной части сейчас была суета. Ванду усадили за стол. Опять облепили. Потом отлипли, и одна из женщин начала хлопотать возле печи.

А во второй части – только лавки вдоль стен с накинутым поверх тряпьем.

– Да что ж это я… Аннушка, проходи. Садись рядом. Вот спасительница моя, – тетка вскочила и за руку притащила меня к столу. – Помните ее?

В ответ все неопределенно покивали головами.

– Выкупила она нас. Наследство от папаши получила. Баронской дочкой оказалась. Землю и целый мешок денег получила. Вот сейчас в ее земли и направляемся.

Заболтала Ванда меня по дороге, и я забыла провести инструктаж, чтобы не распространялась обо мне да о себе. А сейчас уже, видно, поздно.

Суета смолкла, все замерли и круглыми от удивления глазами разглядывали меня.

– Здрасте вам!

– Мирко, когда обоз-то мимо пойдет? – обратилась тетка к сыну.

Он здесь был единственный мужчина, остальные – молодые женщины. Может, тетка Ванда и поняла, что сболтнула лишнего, а может, в подтверждение серьезности наших намерений спросила про обоз.

– Так ежели вы сейчас богачки, зачем обоз дожидаться? Карету купите, охрану наймите и сами поезжайте, – разумно предложил Мирко, косясь на меня.

Тетка Ванда посмотрела на меня взглядом побитой собаки. Дескать, прости, не сдержалась.

– Я не знаю, в каком состоянии земли, даже где они – не знаю. Не исключено, год добираться до них придется. Да и с обозом надежнее.

– Так оно… Вы на богачек-то не похожи. Возможно, и не убьют вас с обозом, не ограбят, – задумчиво почесав густую черную бороду, вернее подбородок, «успокоил» сын Ванды.

– Ну так когда обоз? – вернулась я к главной мысли.

– Два дня еще ждать.

– Ну, это не до осени. Два дня можно и подождать, – и я с намеком глянула на хозяина.

– О чем речь, конечно, оставайтесь, – спохватился он.

Вскоре на столе появился горшок с чуть теплой кашей и кувшин с молоком.

Кашу нам с теткой положили в одну тарелку, но выдали каждой по ложке. А из кувшина налили молока в щербатые чашки.

Пока ели, хозяева не отходили от нас и все расспрашивали одно и тоже.