Ноттингем

– Из-за моего веса?

Тихо усмехнувшись, Сойер молчит какое-то время. Сжав пальцы в кулак, он тут же расслабляет их, а затем коротко кивает:

– Да, Райлс, из-за этого.

Мы оба знаем, что мои вопросы – провокация. И то, как спина Сойера поднимается под моей грудью чуть чаще каждый раз, когда я ерзаю, только доказывает это. В эту секунду я больше чем уверена, что это и есть ответ на вопрос: привлекаю ли я его хотя бы в физическом плане.

Тогда почему мы бездействуем, почему просто не можем целоваться до тех пор, пока не заболят губы? Почему мы должны быть дурацкими друзьями? Можем ли мы перейти эту грань? Могу ли я рассчитывать на что-то большее?

Мне до дрожи нравится мысль о том, что мы могли бы попробовать. Но следом окутывает страх. Что, если ничего не выйдет? В таком случае я потеряю Сойера навсегда. Есть ли шанс, что он боится того же, допуская мысль о нас?

Внезапно мне становится настолько страшно от вихря собственных мыслей и вопросов, что я отстраняюсь и обессиленно роняю голову на подушку. Желание прикасаться к Сойеру никуда не уходит, и я сжимаю руки в кулаки, чтобы прогнать покалывание в кончиках пальцев."

"Когда этот парень рядом, во мне будто живет несколько личностей: одна – открытая и плаксивая, другая плюется сарказмом, демонстративно показывая отсутствие влюбленности, а третья постоянно нашептывает самые темные желания. И мне нужно что-то говорить, чтобы заглушить этот чертов шепот.

– Ты в курсе, что весь Ноттингем обсуждает в сети вашу драку с Каллумом? Ты вышел из теневого бана популярности, печенька.

– Вау, ну наконец-то, – отвечает Сойер, не открывая глаз и не скрывая сарказма в голосе. – Дать автограф?

– На груди, пожалуйста.

Он лениво взмахивает пальцами.

– Неси маркер.

Тихо рассмеявшись, я без стеснения разглядываю черты его лица, маленькую темную родинку на носу и плавную линию губ, до которых мне слишком сильно хочется дотронуться. Интересно, как Сойер отреагирует, если я сейчас отпущу тормоза и просто поцелую его? Оттолкнет, ответит или снова подумает, что я заболела?

– Кстати, о популярности. – Не выдержав, я протягиваю руку, чтобы дотронуться кончиком пальца до крошечной родинки на его переносице и легонько постукиваю, на что Сойер даже не морщит нос. – Хлоя хочет предложить тебе роль Ромео.

– Ни за что.

– Но это же такой шанс! Тем более, у тебя нет страха сцены, ты ведь выступаешь с «Мерсер».

– Нет.

– Почему?

– Играть музыку это одно, а играть роль – совершенно другое. – Приподнявшись, он тянется за книгой и опускает ее между нами. – Я остановился на девятой главе. Почитаешь мне немного?

– «Похоть гнева»? Ты уверен, что хочешь и дальше разрушать нервную систему нам обоим своими комментариями?

Сойер зарывается руками под подушку.

– Сегодня без комментариев, обещаю.