Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Если все это — не чей-то омерзительный план с целью свести меня с ума…

Да кому это надо — сводить с ума… Тут что-то… Нет, я все-таки ничего не понимаю. В общем, к Волнистому, сейчас же к Волнистому!..

Нет, нет. Потом. Волнистый никуда не уйдет. А вот эта — та, что сидит сейчас передо мной… Она может и уйти. Она может исчезнуть. Так что у нее все надо узнать прямо немедленно. На этом месте. Все, что можно. Не отпущу, пока не узнаю всего.

Пусть даже для этого мне придется запереть дверь и привязать ее к стулу…

60

— Все режиссеры так долго оценивают? — вдруг резко спросила Валентина. Я даже вздрогнул:

— Что оценивают? Кого?

— Ну, вот вы на меня сейчас так смотрите, — усмехнулась Валентина, — что… я думаю, любая абитуриентка очень смутилась бы на моем месте.

— А вы? Вы не смутились?

— Нет, — покачала она головой.

— Почему же? — Я спрашивал машинально, а сам продолжал пристально изучать ее лицо. И не находить, абсолютно не находить в нем ничего, что заставило бы меня увериться, что передо мной не Варя…

— Я вообще не смущаюсь, — сказала она. Кто — она?

— У вас есть сестра? — спросил я, на этот раз совершенно осмысленно. Она снова покачала головой. — И не было? — Опять то же движение. Очень спокойная, уверенная, ничуть не нервничающая. В Варе такого не было… Однако при мне она и не изображала ничего вне съемочной площадки. А сейчас…

Нет, сейчас это просто не она. Все-таки не она. Или это действительно чудовищное совпадение, или я схожу с ума и мне мерещится то, чего нет… Но ведь и Вере померещилось…

— Какой-то вы странный, — сказала Валентина. И я опять вздрогнул. Кажется, никогда не привыкну к этому голосу. Он ей не подходит. В смысле — ее лицу не подходит…

Я собрался и попытался изобразить некоторую вальяжность:

— Вы правы, я не похож на обычных режиссеров. Мне надо очень внимательно рассмотреть актрису, прежде чем дать ей роль.

— Только актрису — или актера тоже? — немедленно уточнила Валентина. Вопрос почему-то поставил меня в тупик."

"— Это неважно, — отмахнулся я. И тут же, будто спохватившись, несдержанно выпалил: — А Волнистого, Волнистого вы тоже не знаете? Валерий Волнистый — режиссер.

— Не слышала, — ответила девушка. — Что он снял?

— Ерунду, — поморщился я.

— Ну тогда я, возможно, что-то у него и видела. Ерунды в кино хватает. Только ерундовых режиссеров не запоминаю… А зачем вы вообще про него спрашиваете, если он такой?

— Он был мужем той актрисы, — принужденно ответил я, — на которую вы похожи.

— Они развелись?

— Почему развелись?

— Вы сказали: «был мужем», — пояснила Валентина. — Значит, сейчас уже не муж?

— Значит, сейчас вдовец.

— А, вот как, — отозвалась Валентина. Даже не попыталась изобразить сочувствие, сожаление. Видно, что ей все равно.