Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

Сейчас, сейчас…

Я заранее встал со стула и пригладил волосы. Я старался выглядеть спокойным.

Вера вошла и закрыла за собой дверь.

— Ты одна? — заволновался я.

Она покачала головой, быстро подошла ко мне и зашептала:

— Я не одна. Но мне надо тебя предупредить.

— Что такое, что? — зашептал и я.

— Она… — Вера замялась. — Она там за дверью… — Я сделал было рывок в сторону двери, но Вера меня удержала. — Подожди, она сейчас войдет. Я попросила подождать. Я только хотела… В общем, она очень похожа. Действительно, очень. На нашу Варю…

Меня покоробило это ее «нашу Варю». В Вериных устах это звучало крайне фальшиво. Я поморщился и сделал еще один рывок к двери. Но Вера вцепилась в меня мертвой хваткой.

— Она войдет, она войдет, она рядом. — Вера уговаривала меня, как душевнобольного. Да, кажется, я в ту минуту и был таким. — Но это не она, понимаешь, не она. Так что не надо… не надо тебе даже думать, что это она. Она совсем другая. Ты сам все увидишь. Просто тебя это может шокировать, раз ты в таком состоянии. Эта ее похожесть может шокировать, понимаешь?

— Я все понял, Вера, — сосредоточенно произнес я. — Позови ее.

Вера вернулась к двери, открыла и пригласила:

— Заходите.

Вошла девушка. Блондинка.

И это единственное ее отличие — блондинистость. Все остальное… Нет, я не могу поверить…

Я смотрел на нее во все глаза. Я еле удержался, чтобы не ахнуть, и едва устоял на ногах. Помимо своей воли я отчетливо проговорил:

— Варя…

— Валя вообще-то, — без смущения отреагировала вошедшая.

Голос не ее! Это не она! Это не она!

И мне сразу стало легче. Что, конечно, странно, ведь я так хотел, чтобы это была как раз она — Варя…

— Валентина, — растерянно пролепетал я.

— Валентина, Валентина, — почти передразнила меня девушка. — А вы совсем не похожи на режиссера…

— Аркадий Григорьевич не очень хорошо себя чувствует, — немедленно пояснила Вера.

— Сидел бы дома, раз заболел, — вконец бесцеремонно заявила Валентина.

— Нам надо работать, — растерянно отозвалась Вера. Впервые я видел, чтобы Вера перед кем-то так тушевалась.

Тушевался и я, но больше внутренне. Внешне же я как будто окаменел, не моргая разглядывая лицо Валентины. Все в ней ее — Варино. Глаза, нос, все-все линии, все точно такое же… Этому должно быть объяснение… Это или какой-то чудовищный розыгрыш, или… или… Или — что?.."

"Во всем виде и поведении девушки не было заметно ни тени смущения, ни малейшей растерянности. Чего нельзя было сказать про Веру…

В конце концов, Вера неуклюже откашлялась и тихо сказала:

— Ну, я пойду…

Не глядя на нее, я слегка кивнул. Вера удалилась.

Мы остались одни. Вдвоем. Я и…

59

Девушка смотрела на меня оценивающе и скептически. Я по-прежнему был статуей.