Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11

— И в этом твоя проблема.

С этими словами Вера удалилась, на сей раз всей спиной изображая, что она оскорблена в лучших чувствах.

«А ведь тоже могла бы стать любопытной актрисой», — невольно подумал я.

Так, а что теперь?.. Я ведь что-то хотел. Ах да, позвонить Волнистому!

Я стал набирать его номер, который давно знал наизусть. Не из-за Волнистого, конечно.

Он не подходил.

Где же он? Может, просто выдернул телефон из розетки. Я бы на его месте так и сделал.

Я впервые задумался, что ничего о Волнистом толком не знаю. Откуда он? Московский ли? Кто его семья, родители? С кем он встречался до Вари? Может, у него уже и дети от кого-то есть…

Как же так? Столько лет знаю человека — и ничего о нем все-таки не знаю. Он постоянно был на виду, в каких-то веселых компаниях, много пил, гулял. Во время учебы я видел его каждый день, но ни разу не задался вопросом, каков он вне института и гулянок. И здесь, на «Мосфильме», то же самое. Снимает себе всякую чушь и снимает. Как и все мы. Вернее, как почти все… А о чем он думает, чем он живет, — даже и мысли никогда не возникало поинтересоваться.

Хотя все, разумеется, понятно. Он просто всегда был мне абсолютно чужд, неинтересен, антипатичен даже.

Но вот он встретил Варю. А потом и я ее встретил. А потом она умерла.

И сейчас, в данную минуту, я никого не хочу видеть или слышать так, как Волнистого.

Скажи мне кто-нибудь год назад, что со мной такое будет, я рассмеялся бы ему в лицо…

62"

"Я с вечера позвонил Рукавникову и попросил явиться на съемку к девяти утра. По его выразительному, если можно так сказать, молчанию я понял, что надо слегка объяснить ситуацию.

— Нашлась новая актриса, — через силу произнес я.

— Кинопробы? — уточнил Рукавников.

— Нет, она уже утверждена. Но я никого пока больше не зову на площадку. Первый съемочный день все-таки. И она вообще еще никогда нигде не играла. Ну и я думаю, что какие-то полезные крупные планы мы завтра успеем снять.

Рукавников повесил трубку. В его случае это означало, что он все понял и не имеет больше вопросов. И что к девяти, разумеется, будет на месте.

Был к этому времени на месте и я. Но Валентина не подходила.

Говорить нам с Рукавниковым было не о чем (не думаю, что существует хоть один человек, который сумел бы поддержать с Лешей разговор), и мы молча сидели каждый в своем углу.

Валентина явилась лишь после десяти.

— Привет! — махнула она мне рукой с порога. — Пока вас разыщешь… Я думала, вы в кабинете меня подождете…

— Добрый день, — сухо произнес я.

— Какой день — утро еще! — искренне удивилась Валентина. — Здрасьте, — кивнула она в сторону Рукавникова. Он никак не отреагировал. — У него язык отсох? — осведомилась у меня девушка.

Я счел нужным заступиться за оператора:

— Мы ждали вас больше часа… Это проявление невежливости.