Норвежский лес

 – Переверну твою бирку – якобы ты вернулся. Не беспокойся и не спеши. Утром залезешь через мое окно.

– Извини. Я – твой должник, – сказал я и повесил трубку.

– Ну как, получилось? – спросила Мидори.

– Да… вроде, – глубоко вздохнул я.

– Тогда еще детское время! Пошли в дискотеку?

– Ты разве не устала?

– Раз так вышло – все в порядке.

– Ну-ну, – вырвалось у меня.

И действительно – в танце она, похоже, приходила в себя. Выпила две порции виски с колой и танцевала, пока на лбу не выступил пот.

– Потрясающе! – воскликнула она, отдышавшись за столом. – Давно я так не танцевала. Двигаюсь – и будто душа раскрепощается.

– Со стороны кажется, ты и так все время раскрепощенная."

"– Да ну? – задорно сказала она, склонив набок голову. – Вот. Силы вернулись, теперь можно и поесть. Давай съедим какую-нибудь пиццу?

Я повел ее в свою любимую пиццерию, где заказал свежее пиво и пиццу с анчоусами. Сам я есть особо не хотел, поэтому съел четыре из двенадцати кусочков, а остальные уплела она.

– Быстро же ты в себя приходишь. Только что вся бледная еле на ногах стояла, – удивился я.

– Это потому, что мои капризы удовлетворены, – сказала Мидори. – Вот силы и вернулись. Но пицца была вкусная.

– Слушай, правда у тебя сейчас дома никого?

– Ага. Никого. Сестра пошла в гости к подружке и там заночует. Она жуткая трусиха. Когда меня дома нет, спать одна там не может.

– Давай не пойдем в лав-отель? – предложил я. – Там одна тоска. Лучше пошли к тебе. Надеюсь, постель для меня найдется?

Мидори немного подумала и кивнула.

– Хорошо. Пошли домой.

Мы сели в электричку линии Яманотэ и доехали до станции Ооцука. Подняли жалюзи «Книжного магазина Кобаяси», на которых был наклеен листок бумаги «Временно закрыто». По виду, жалюзи не поднимали уже давно, и в мрачной лавке стояла затхлая вонь старой бумаги. Половина стеллажей пустовала, почти все журналы были связаны в стопки для возврата. По сравнению с прошлым разом, магазин показался мне более запустелым и зябким. Как выброшенное на камни судно.

– Торговлей заниматься не собираетесь? – спросил я.

– Продать решили, – резко ответила Мидори. – Деньги поделим с сестрой и сможем жить без посторонней помощи. Сестра через год выйдет замуж. А я три с лишним года буду учиться в институте. Пожалуй, на это время хватит. К тому же, я подрабатываю. А как продадим, снимем где-нибудь квартиру и поживем какое-то время с ней вдвоем.

– И как – продастся?

– Скорее всего. Один наш знакомый собирается заняться пряжей, и недавно им интересовался, – сказала Мидори. – Бедный отец… Работал не покладая рук, заполучил магазин, понемногу расплатился с долгами… И что в результате? Ничего не осталось. Растворилось, как туман.

– Ты осталась.

– Я? – переспросила Мидори и нервно засмеялась.