Ночные желания

То, что рассказал Джерард, полностью совпало с историей в изложении Мадлен, включая признание им факта похищения бесценного ожерелья и последовавших за этим событий, завершившихся нападением на него троих приспешников барона Эккерби.

Когда он закончил, Мадлен не сдержалась и воскликнула в отчаянии:

— Джерард, как ты мог решиться на воровство?

Выражение его лица стало жестким, когда он обратил свой взор к сестре.

— Если ты собираешься читать мне мораль, Мадди, то напрасно тратишь свое время. Я сделал бы все то же самое снова, если бы это понадобилось.

— Но ожерелье принадлежит не тебе.

— Нет, не мне. Его законные владельцы — виконт и виконтесса де Вассэ, — заявил он убежденно. — Существует миниатюра, на которой обрученная виконтесса изображена именно в этом ожерелье. Оно находилось в ее исключительной собственности, и леди Дюбонэ намеревалась в свое время передать его по наследству своей дочери. Кстати сказать, я взял только ожерелье и более ничего из драгоценностей, которые были у них украдены.

— Каких драгоценностей?

— Виконт владел бесценной коллекцией фамильных украшений. Третий по счету барон Эккерби, отец нынешнего, все это украл.

— Это серьезное обвинение, Эллис, — заметил Рейн.

— Да, но это правда, — возразил Джерард. — Как многие другие аристократы, де Вассэ были вынуждены платить огромные деньги за то, чтобы их тайно вывезли из Франции в самый разгар кровавой революции. Но когда они прибыли в Англию, у них по-прежнему оставалось целое состояние в драгоценных камнях. Вскоре после того как они осели в Чемлсфорде, их дом был ограблен и все драгоценности исчезли. Затем, несколько лет спустя, коллекция обнаружилась во владении отца барона. Теперь уже невозможно доказать, что именно он организовал похищение, но Эккерби явно завладел ими незаконным путем и в результате этого преступления несказанно обогатился. А когда де Вассэ предъявил ему обвинение, барон отказался отвечать на иск и лишь выбранил виконта за то, что тот, мол, не заботился о своих драгоценностях должным образом.

— Тем не менее, это не давало тебе права похитить ожерелье, — строго сказала Мадлен.

— Я всего лишь стремлюсь восстановить справедливость, Мадди, — горячо возразил ей брат. — Ты ведь слишком хорошо знаешь положение эмигрантов на примере маман. Те, кто не был обезглавлен на гильотине революционным правительством или растерзан озверевшей толпой, остались без гроша и крыши над головой. Именно такая участь постигла и родителей Линет. После того, как на их глазах казнили всех родных и друзей, потеряв почти все, чем владели, они приехали в Англию с надеждой начать новую жизнь. И все для того, чтобы эти надежды вскоре были разбиты вдребезги.