8 дней, 9 ночей (СИ)

Я с трудом приподнялась и мотнула головой, сбрасывая остатки наваждения, что мгновенно аукнулось тупой болью в висках и затылке.

– Я нормально… – голос мой оказался каким-то сдавленным, хрипловатым. – А он… Похоже, он еще там…

– Паша, отзовись! – позвал капитан. – Ты живой?

Я встала на ноги, приложила ладонь к виску, а когда отняла ее, то увидела на пальцах кровь. Этого еще не хватало…

– Сейчас попробую его достать, – проговорила я, ощущая, что на ногах стою как-то не очень твердо, а в ушах нудный и противный звон.

– Нет! – резко возразил капитан. – Выходим на полосу! Ты не успеешь! Бегом в салон, и пристегнись покрепче!

Я сфокусировала все еще немного мутный взгляд на приборах и остановилась на указателе воздушной скорости. Триста шестьдесят или триста семьдесят.

– Мы будем садиться на такой скорости?! – воскликнула я, преодолевая нервную дрожь.

– С потерей высоты скорость резко возросла, погасить уже не успеваем. Нет высоты для маневров, до полосы две тысячи метров, – капитан не смотрел на меня, но я чувствовала, что и его нервы уже натянуты как струна. – Иди… Я сделаю все, чтобы касание было наименее фатальным… Последний поворот и садимся! Иди, слышишь?!

Но я медлила. Всем своем естеством я понимала, что он прав и мне пора. Что я должна быть с Настей… И что вот-вот все должно так или иначе закончиться. Но все же я медлила! Сквозь туман, все еще клубящийся в голове после внезапного обморока, пыталась прорваться какая-то мысль…

Сделав шаг вперед и ухватившись за спинку кресла второго пилота, я наконец проговорила:

– На крыло… Положи его на крыло…

Капитан повернул голову и несколько недоуменно уставился на меня, но я сразу отметила, что он понял меня. Тем не менее я добавила:

– Мы сможем сбросить скорость и перед самым касанием выровнять самолет на полосу. Я слышала об этом маневре… Попробуй. Вряд ли мы уже что-то теряем.

Он в мимолетном колебании окинул взглядом приборы, посмотрел наружу, ища глазами полосу и снова повернулся ко мне:

– У тебя кровь… Ты как? Можешь еще держаться?

– Да, – кивнула я со всей возможной твердостью. – Я в порядке.

– Тогда садись! – он показал на кресло второго пилота. – Пристегнись и следи за воздушной скоростью!

Мало отдавая себе отчет в происходящем, я поспешно заняла указанное мне место, вытянула ремни безопасности и покрепче зафиксировала себя в кресле.

– Триста шестьдесят пять, высота четыреста двадцать, – сказала я. – Удаление тысяча пятьсот.

– Начинаем, – сказал капитан и начал поворачивать штурвал влево, одновременно при помощи педали отклоняя руль направления вправо.

Я вцепилась в подлокотники кресла и почувствовала, как самолет кренится на левый борт и разворачивается боком по направлению к полосе.