Ночь со зверем

— Нормально все с вашим Роном, — он улыбнулся, переводя взгляд на малыша. Тот изучал незнакомца, хмуря темные бровки. — Просто, Айвори… У нас все сложнее с детьми. Ребенку-полукровке нужны оба родителя. Ваш малыш стремится заполнить пустоту интуитивно, потому что это вопрос его выживания. Он знает, что папа был. А теперь, когда папа нашелся — а ваш Рон точно знает, кто его отец, — ребенку сложно понять, почему вы предпочитаете пустоту… — Он перевел на меня взгляд, делая паузу, чтобы облегчить усвоение информации. — Рон знает, что оставаться без папы очень опасно. Он просто впервые не уверен в том, что вы — надежная опора для него.

Я прикрыла дрожащие губы ладонью и шмыгнула носом.

— Вы ему расскажете…

— Это не мое дело, — перебил он меня, поднимаясь и убирая стетоскоп.

— Но я думала, что вы… — поднялась на дрожащие ноги.

— Я поставил вам диагноз. А дальше — дело за вами. Как и в любой ситуации, требующей взрослых решений. Решайте. У вас есть мой номер?

Я ошалело мотнула головой. На что доктор, написав номер на стикере, оставил его на столике:

— Звоните в любое время дня и ночи.

— Спасибо, — прохрипела ему вслед.

Сказать, что меня ошарашило и подкосило — ничего не сказать. Неужели он не скажет Эйдану? А если так, то разделит со мной ложь и будет нести ответственность.

Малыш всхлипнул особенно обижено, скривил губки и расплакался, но на этот раз все же взял грудь и принялся есть, всхлипывая. А я продолжила расхаживать с ним туда-сюда, оглушенная «диагнозом», уговаривая себя перестать паниковать. Я готова нести ответственность, если бы доктор сказал Эйдану. Но… я ведь не единственная мать-одиночка среди тех, кто родил от оборотня? Ну наверняка же есть и другие… Только в сети не найдешь форум для мамочек-одиночек с детьми-оборотнями, и информации о таких тонкостях нет. Власти Смиртона всячески способствовали тому, чтобы территория оборотней оставалась неизведанной и не манила романтических дурочек. А вот ужасов было предостаточно… И ведь я думала, что готова к ним. Но оказалось, что нет.

— Я согласен с Айвори, его надо в больницу, — поднял истерику Уилл, когда в комнату вернулся Рон.

Я сидел на кровати и смотрел в окно. Эмоции друга не мешали — я будто выпал из реальности, уйдя в себя. Четкое осознание причин и следствий прибило меня к земле. А понимание, что могу вообще не успеть ничего изменить, парализовало.

— Сейчас посмотрим, — отстраненно заметил Рон.

Я перевел на него взгляд, следя за тем, как открывает чемодан и достает стетоскоп. Он не смотрел на меня. Да и там, куда смотрел, ничего не видел.

— Что-то с ребенком? — я отвел взгляд, чтобы не нервировать.

Но вероятность того, что у малыша Айвори проблемы, неожиданно надавила на грудь тревогой.