Ночь со зверем

— Рон! — заорала я не своим голосом и бросилась за ним. В груди взорвалось сердце, выдавая мне пожизненный запас адреналина. Я понимала, что если дам сыну уйти — не найду больше, и я бежала сломя голову следом за ним, но медвежонок спрыгнул со ступеней и понесся по склону вдоль забора. Там, где спокойно пробежал он, я врезалась в густые еловые ветки, теряя скорость, а потом и малыша из виду…

Дорога перед глазами ни черта не успокаивала нервы.

Смиртон получил подтверждение моего ранения. Грант при этом и глазом не моргнул — спокойно расписался в результатах. Мы покинули здание департамента вместе, но я не нашел в себе силы разочароваться окончательно — ушел, не прощаясь. Сезар звал меня, но я не остановился. Захотелось к Айвори. Возможно, признаться ей в своей никчемности было сейчас важнее всего. Я ведь ни черта не смог. Не смог преклонить голову перед убийцей даже ради ее будущего. Теперь впереди была неизвестность. В том, что Лоуренс легко соединит в суде факт моего ранения, снимка камер и «мотива», я не сомневался. А дальше пока думать не хотелось. Завтра…

Когда мне позвонил Уилл, до дома оставалось всего ничего. Я уже видел огни Варлоу Вэллей в долине.

— Хант, Айвори с малышом пропали в лесу.

Руль скрипнул под пальцами.

— Как?! — рявкнул я.

Адреналин разогнал сердце, виски сдавило болью, а легкие сжало тисками.

— Он обернулся. Айвори вышла к Стайлзу, а тот не закрыл калитку… Я ухожу на поиски. Кай со мной…

— Стоять! — рявкнул я, выдыхая оставшийся воздух со свистом. — Волки его испугают! Забьется куда-нибудь. Сколько прошло?!

— Отрезай его от обрыва. Кай, ты, чертов Стайлз! Всех к обрыву, чтобы медвежонок туда не добежал!

Он бросил трубку, а я надавил на газ, пуская пыль столбом из-под колес. У ворот дома был уже через семь минут бешеной гонки. У меня не было больше вопросов рисковать или нет. Я выскочил из машины и побежал в лес за домом, на ходу сдирая рубашку. Сосны взлетели над головой, принимая меня в свой мир, и я остановился, тяжело дыша. Тихо. И все. Но сегодня меня это не устраивало. Я прикрыл глаза… и едва успел осознать, как зверь рванулся из нутра, ломая суставы и сухожилия. Стало адски больно. Из глотки рванулся крик, оборачиваясь сдавленным стоном, перетекая в звериный рев… И в следующий вздох я уже встал на лапы. Зрение еще не восстановилось, но запахи и звуки уже стали доступны в полном объеме. Я уловил запах малыша до самых тонких нот, и Айвори… И бросился в чащу.

Я не чувствовала уже ни ног, ни рук. Неслась на любое колыхание кустов или веток, надеясь за каждыми увидеть медвежонка, но тщетно. Вскоре я заблудилась. Меня трясло так, что даже дышать было сложно, не то что думать. Но я каким-то невероятным усилием заставила себя остановиться, чтобы перестать бездумно метаться в панике.